Двое рыбаков, провалившихся под лед на Смолевичском водохранилище, 6 декабря были переведены из реанимации в терапевтическое отделение. Мужчины провели в воде около 25 минут. Корреспондент «Минской Правды» пообщалась с пострадавшими.

Один из рыбаков сорвал голос, когда звал на помощь, поэтому мы говорим с его коллегой по несчастью и соседом по больничной койке.

— Как все начиналось в тот день?

— Около 14:00 мы пришли на озеро. Встретили там одного рыбака, он сказал, что клев есть, и мы отправились на глубину. Я обычно всегда с рулеткой хожу, замеряю толщину льда, она и тогда в кармане лежала. Почему-то не стал замерять, я был уверен, что лед достаточно толстый. Надо было замерить. Это озеро знаем хорошо, уже 20 лет зимой рыбачу. Около 17:00 стали возвращаться к берегу. Наверное, наша ошибка была в том, что мы шли рядом, а надо было рассредоточиться. Еще думаю, в том месте утки часто сидят — их и 200, и 300 в одном месте собирается. Может, поэтому там лед был тоньше. В общем, лед под нами стал ломаться, мы стали проваливаться… Было очень страшно.

— Как вы пытались выбраться?

— Я трижды пытался лечь спиной на лед, но он все обламывался. Трижды переворачивался. Попытался сбросить один сапог — получилось, пока сбрасывал второй, ушел под воду. Вынырнул, смотрю, плавает мой ящик, а он пустой. Я за него ухватился, и он помог удерживаться на плаву. Друг звал на помощь, у меня был спазм — не получалось. Мой друг находился выше меня, на нем висел ящик, и он еще пытался цепляться при помощи бура. Он кричал. Сейчас вот говорить не может — сорвал голос. А потом мы увидели мигалки машин и что к нам уже бегут.

— Хорошо помните этот момент?

— Помню, что один парень прыгнул к нам в полынью — что лед был тонкий, крошился, до лестницы не могли дотянуться. По краям было несколько человек, помню, как вытягивали. А дальше я потерял сознание. И до того, как очнулся в реанимации, уже ничего не помню.

— А ваш друг?

— Ему бросили спасательный круг, и он еще держался на воде. Я был ниже, и меня достали первым. Потом он тоже потерял сознание.

— Что вы испытывали, когда тонули?

— Я мысленно прощался уже со всеми… Чтобы понять, что я ощутил, это надо пережить. Врагу не пожелаешь. Вся жизнь пронеслась перед глазами. Сейчас вроде уже и хорошо, живой, а тревога какая-то неясная на душе. Плохо. Очень плохо.

— Помните, как очнулись в реанимации?

— Очнулись на соседних койках с другом и не понимали, где находимся. Трясло. Когда стали вспоминать, было страшно. Потом нам сказали, что если бы еще 5 минут пробыли в воде, нас бы не спасли. Родственники приходили, плачут.

— Еще пойдете на рыбалку этой зимой?

— Не пойду. Достаточно с меня «крещенских купаний».

— Прямо сейчас кто-то собирается на рыбалку. Чтобы вы советуете?

— Мужики, проверяйте толщину. Обязательно берите с собой веревку, обязательно… Не ходите рыбачить в одиночку. Одному выбраться нереально. А когда идете компанией, рассредотачивайтесь, идите гуськом, а не рядом, как мы. Не забивайте свои ящики — они как спасательный круг, помогут продержаться. А еще — носите спасательные жилеты.

— Много в тот день наловили?

— Подлещика, окуней штук семь, и с десяток плотвичек. Не стоило оно того.

— Что бы вы сказали своим спасателям?

— Огромная им всем благодарность. За то, что спасли нас, что сработали так четко. И еще передайте большое спасибо тому человеку (жителю Смолевичей Валентину Соболевскому. — Прим.), который нас услышал и позвонил 112. Если бы не он, нас бы уже не было.