Недавно в байнете появилась подробная статья (по сути, почти дословное заключение патологоанатома) — про женщину, умершую от укуса змеи. Вообще-то, это похоже на сенсацию: первый в истории подтвержденный случай убийства человека гадюкой в Беларуси. Несите Нобелевку!.. Или нет, погодите. Onliner.by попробовали разобраться, что на самом деле произошло. А также пообщались с людьми, которых кусала реальная гадюка. Тут и смех, и грех, и драма.
Напоминаем: дремучесть и заполошность — обязательные атрибуты всего, что касается змей. Заметил ужа в кустах — паникуй, эвакуируй детей, вызывай мотоциклеты с пулеметами. (Если ты в Бресте — то с веслом.) Пишешь заметку — будь добр напрячь все свое мракобесие.
«От укусов шершней умирает столько же человек, сколько и от змей», — походя демонизирует сразу всех пресмыкающихся «специалист» в интервью крупному изданию. (До недавних пор о смертельных укусах змей в Беларуси ничего не было слышно.) «Укус ужа гораздо болезненней, чем гадюки», — неожиданно сообщает еще один вполне государственный портал. (Даже если ужа хорошенько взбесить такими обвинениями, он неспособен сколь-нибудь чувствительно укусить человека.)
«Змеи плохо видят, но имеют отличный слух», — просвещает другой сайт. (У змей нет ушей.) И уверенно добавляет: «Укус гадюки может быть смертельным». А вот тут как раз нужны пруфы.
Сейчас будем их искать.
Но для начала в сотый раз повторим матчасть. В Беларуси легально водятся три змеи: уж, медянка, гадюка. Первые две безопасны и безвредны.
Ядовита только гадюка.
Еще есть безногая ящерица веретеница. Ее тоже пытаются считать змеей, иногда именуют медянкой или медяницей, создавая путаницу.
Убивают с особой страстью — потому что у нее недоброе лицо.
А вот тот самый пруф. Недавно вышла публикация, которая разлетелась по сети и имела право стать сенсационной. Сообщалось, что в конце июня в Могилевской области 80-летняя женщина, до того работавшая в огороде, подбежала к соседке и сообщила, что ее укусило какое-то насекомое. Потом зашла в дом, захрипела, посинела, легла на кровать и умерла. Между сообщением об укусе и фиксацией смерти бригадой скорой прошло около 50 минут.
Впоследствии при исследовании тела на наружной поверхности голени на высоте 22 сантиметров были найдены две раны глубиной до 0,5 сантиметра на расстоянии 1,3 сантиметра друг от друга. Внутренние исследования показали: отек легких и головного мозга, жидкое состояние крови, отек слизистой дыхательных путей. Также патологоанатом перечислил «мелкоочаговые кровоизлияния вокруг сосудов стволового отдела головного мозга; очаговые ишемические изменения миокарда; признаки хронической ишемической болезни сердца, липоматоза и гипертрофии миокарда, стенозирующего атеросклероза венечной артерии, хронического гепатита и светлоклеточной аденомы надпочечников».
Вывод судебного эксперта: смерть наступила от «токсического действия змеиного яда» (какого яда, не уточняется). Не от болезней, аллергии или других осложнений.
Пока вроде все понятно. Да, змеиный яд бывает принципиально разным, но в Беларуси вариантов вроде не так много. Ну не мамба же.
Мы тогда попытались выяснить поподробнее обстоятельства этого происшествия: как-никак, серьезное событие — первый в истории страны известный запротоколированный случай смерти от укуса змеи (гадюки?). А может, были еще, да мы не знаем?..
Выяснилось: это заключение 2017 года.
Ну и пусть! То, что случаю уже пять лет, не отменяет серьезности произошедшего.
В управлении Госкомитета судебных экспертиз по Могилевской области нам дали такой комментарий: «Случаи наступления смерти от токсического действия змеиного яда в практике государственных медицинских судебных экспертов Могилевщины единичные. Случай, описанный в статье „Укусы змей и насекомых, приведшие к смерти“, произошел пять лет назад на территории Могилевского района. Вопрос о том, какой змеей была укушена погибшая, перед экспертом не ставился».
Ничего себе. Выходит, были и другие «единичные случаи» смерти? Где же хоть какие-то упоминания о столь незаурядных происшествиях, свидетели, конкретика? Обвинения-то серьезные…
Возможно, медики в курсе. За информацией о масштабе проблемы (количество, тяжелые случаи, смерти) мы обратились в Минздрав. Там сообщили: такой статистики не ведут.
Вообще, змеиные укусы — епархия токсикологов. Если кто-то умирает, они точно будут знать. Главный токсиколог страны Андрей Богдан заверяет: на его памяти от укуса гадюки люди не умирали.
В то же время мы понимаем: любое воздействие на пожилого/больного человека может дать неожиданные последствия. И уж точно яд гадюки (как и укус осы или шмеля) там ни к чему.
Яд гадюки имеет гемовазотоксические свойства: воздействует на кровеносную систему, может вызвать отек (в отличие от нейротоксического яда некоторых других змей, воздействующего на нервы).
Медики так описывают возможные последствия гадючьего укуса (в некоторых случаях люди не замечают момент контакта): обычно кожа вокруг ранки краснеет, опухает. Если яда попало в кровь достаточно много, возможны головокружение, тошнота, диарея, потливость, озноб. У особо чувствительных симптомы тяжелее: возможны отечность, потеря сознания, проблемы с почками, судороги. В большинстве случаев все проходит через несколько дней.
Но это все теория из справочников. Что люди чувствуют на самом деле? Мы попросили читателей, которые лично (либо их знакомые) сталкивались с гадюками, описать ощущения.
Важное обстоятельство: почти во всех случаях люди не знали, что их укусила гадюка. Начнем с истории из категории «смех и грех». Дальше все будет не так беззаботно.
Пример Татьяны — другим наука. Сама она вспоминает эту историю со смехом. Но чувства гадюки тоже можно понять!
— Дело было в Червенском районе в октябре. Ехали мы в деревню, захотелось мне по-маленькому. Ну и остановились на опушке. Все вроде прошло нормально, встаю я такая… и чувствую что-то непонятное на пятой точке! То ли жжение, то ли пощипывание. В машине сняла штаны, присмотрелись: а там укус! Полезли гуглить: похоже по виду на зубы гадюки. Позвонили в скорую — там сказали ехать в ближайшую больницу в реанимацию, под капельницы. Но у меня на завтра было запланировано важное мероприятие, поэтому выпила ангитистаминку, и, в общем-то, пронесло.
С тех пор по-маленькому — только на заправках.
Иногда гадюке даже необязательно кусать, чтобы травмировать человека. Наша читательница Тамара выросла в Псковской области, где вдоволь гадюк. Теперь живет в Гомеле. Говорит, с годами поменяла отношение к ним.
— Когда-то в молодости, собирая чернику, я увидела гадюку и, ни секунды не сомневаясь, проткнула ее скребком для ягод. У нас же в деревне каждый знал: убил змею — 40 грехов списалось. Теперь-то дошло, что грехи тут ни при чем и я ей даром не нужна, она просто не успела уползти. А недавно на даче видела: здоровая довольно-таки вылезла. Так и пошли каждый своей дорогой: я — облепиху собирать, она — мышей ловить.
А насчет пострадавших — да, был у нас парень в деревне на Псковщине. Нет, она не укусила. Он, когда увидел гадюку, очень испугался и заикаться начал.
— Это произошло больше 20 лет назад на даче под Минском. Мне было 5 лет. Думаю, я спаслась только благодаря настойчивости родителей.
Летним утром пнула заросли цветов во дворе, почувствовала резкую боль в лодыжке. Саму змею я не видела, только уползающий хвостик. Видно, она вылезла погреться на солнце и совсем не ожидала, что ее потревожат.
О «травме» я, конечно, рассказала взрослым, но без упоминания «хвостика». Наверное, потому что и сама не поняла, что произошло. Самочувствие поначалу было нормальным, я продолжила заниматься своими детскими делами. С каждым часом боль нарастала, нога начала опухать и синеть. Никто не мог понять причину.
В обед мы поехали в больницу. Я уже передвигалась вприпрыжку, на одной ноге. Врачи выписали какие-то лекарства и отпустили домой. Про змею речи не шло. После больницы мы поехали к тете, там я все время спала, спала и не хотела просыпаться. Тот отрезок помню уже смутно. Вечером приехали родители, увидели мое состояние и снова повезли в больницу. Мне казалось, я не выдержу дикой боли, отек и синева поднимались все выше. На осмотре мама обратила внимание на две красные точки и предположила: а не змея ли меня укусила? Только тогда врачи все поняли, забегали.
Меня повезли в реанимацию. Отчетливо помню ответ врача на мамин вопрос, все ли со мной будет хорошо: «Не знаю, время упущено».
Потом были 10 дней в реанимации и еще две недели в больнице… Обошлось.
— Это произошло в 2007 году. Мне был 21 год, я жила в военном городке под Осиповичами. Помню, пошла кормить собаку в вольере, попутно решила сорвать землянику. И что-то меня за средний палец цапнуло. По ощущениям — как будто оса. Нет, никого я не увидела, но испугалась довольно сильно, поскольку склонна к аллергии. Забежала еще домой, чтобы переодеться, и отправилась в санчасть. По пути, кстати, знакомую встретила, пожаловалась, что что-то меня укусило — решили, «наверное, оса». И только доктор первый предположил, что это, видимо, гадюка — так потом и в документах писали. Думаю, если бы я изначально это знала, там бы и умерла от страха. Палец мой сразу опух, потом начался отек Квинке. Лицо огромное, рука до ключицы толстенная… В общем, три дня я провела в реанимации, потом еще с неделю в больнице. А потом все прошло. Только палец спустя много лет так и остался больше, чем на другой руке.
Люди защищены обувью и одеждой, у них больше масса. Собакам сложнее. Бордер-колли Бруно как раз спасал людей: состоял в отряде «Ангел», искал пропавших, ездил в интернаты для детей-инвалидов… Погиб недавно, 28 августа. Рассказывает его хозяйка Ольга.
— Случилось все на прогулке в пригороде Марьиной Горки. С ним тогда гулял мой отец. Звонит: «Бруно укусила змея, уползла». Произошло это, когда пес подошел к кусту, отскочил, сделал пару шагов, упал и не смог больше встать. При этом был в сознании, с учащенным дыханием и сердцебиением. Сильно отекли задняя лапа и бедро, потом все посинело до живота.
Я прилетела домой, мы погрузили собаку в машину, в течение часа доставили в клинику. Приняли без очереди, оказали первую помощь (капельницы, уколы). Но не сделали анализ крови, чтобы посмотреть, как отреагировали почки на яд… Стали делать перитониальный диализ, потом переливание крови и плазмозамещение, искали доноров всей Беларусью. Врачи работали даже в свои выходные, чтобы вытянуть собаку, много незнакомых и знакомых людей пришло на помощь.
Боролись за жизнь две недели. Но не спасли.
Есть два главных правила при змеином укусе (да и в любой ситуации):
Описание технических действий при укусе гадюки — это скорее перечисление того, чего делать нельзя: накладывать жгут, прижигать, надрезать. (Разрешено мочиться на ранку, унижать себя другими способами — но это на любителя, польза в таком «лечении» разве что эстетическая.)
Алгоритм
Не забывайте, что все эти действия надлежит сопровождать древним заговором, который записал во время странствий наш сотрудник Вадим Шклярик (исполняется на южнополесском языке): «Ехаў Юрай на вороном коне, на золотом седле, вёз тры розгі в хвосце — біць вужоў, вужанят, гадзюк, гадзянят, подколодных, подчаротных, болотовух, чаратовух. Рабы гад, забяры свой яд, чорны гад, забяры свой яд, сівы гад, забяры свой яд. Не заберыцё яду — не будзе вам пошчады ні ў горах, ні ў норах, ні ў вялікіх пяшчорах».
Вообще, «народные» способы спасения при укусах гадюк куда менее скучны, чем то, что мы написали выше. Говорят, можно приложить к ранке мясо гадюки (как вариант — цыпленка), прыгнуть через воду (или через собственный плевок), облепиться паутиной (или залепить ранку), обмотать шею ветками орешника… Но это тема отдельной диссертации.
Змеиный сезон продолжается. Есть шансы, что еще будет тепло и пресмыкающиеся выползут греться. Относитесь к ним почтительно, но не подобострастно.