1 Мая мы отмечаем Праздник труда, однако на работу не выходим. Этот день для многих поколений всегда был праздничным, в СССР с 1918 года его отмечали массовыми демонстрациями, а в последние полвека – еще и народными гуляниями, пишет «Вечерний Брест».
Первомай был менее политизированным, чем 7 ноября, люди шли на главную площадь города с воодушевлением, нарядные, а неформальная часть всегда заканчивалась «на природе». Это была примета советской реальности, круто замешанная на идеологии социализма, – мирные шествия, несмотря на 10-летие военных действий в Афганистане, радостные лица даже под чернобыльским пеплом, счастье и благополучие, хотя в магазинах не было ни сыра, ни колбасы. И тем не менее сегодня мы вспоминаем этот праздник со светлой ностальгией, как яркий день молодости, весны, надежд на будущее.
Александр Сергеевич ПАЛЫШЕНКОВ, Почетный гражданин г. Бреста, председатель Брестского горисполкома в 2004-2014 годах
– В советское время два майских праздника, 1 и 9, почти сливались в один. Правда, 9 Мая встречали в крепости, а Первомай отмечали демонстрацией. Надо сказать, что организация демонстрации находилась под четким руководством партийных органов. Но никакой принудиловки не было, все шли с удовольствием, семьями, с друзьями.
Конечно, были идеологически выдержанные лозунги, портреты членов Политбюро и так далее. А неизменной традицией было завершить демонстрацию посиделками, причем не в квартирах, а в кафе или на улице. Так было, когда начинал мастером в «Брестсельстрое» и когда возглавлял «Полесьежилстрой». Но кафе в городе было мало, не то что сейчас. У нас подшефным был коллектив школы №18. Вот после демонстрации мы и собирались в столовой этой школы. Это было очень удобно, поскольку школа располагается на улице Ленина, по которой шла демонстрация.
В шествии участвовали тысячи брестчан, и затем многие шли отмечать на берег Мухавца – это было самым популярным местом. На территории нынешнего ресторана «Ташкент» вся земля была устлана скатертями, на которых были и выпивка, и закуска. Милиция, конечно, следила за порядком, но не прогоняла. Да, подвыпивших было немало, но хулиганства на 1 Мая не было. И еще: лозунг «Мир! Труд! Май!» совсем не воспринимался с иронией.
Никита Николаевич МАТКОВСКИЙ, Почетный работник МИД России, Генеральный консул Российской Федерации в Бресте в 2011-2015 годах
– Мое поколение впитывало трепетное отношение к празднику 1 Мая с детства. Самая запомнившаяся демонстрация у меня случилась в 1972 году, во время учебы в МГИМО. Тогда прохождение по Красной площади завершала колонна лучших студентов Москвы. Мы долго репетировали, поскольку в определенный момент из красных флагов создавали красочную композицию. А когда зазвучала песня «Широка страна моя родная», то почти у всех, как и у меня, на глазах выступили слезы и перехватило дыхание. Несколько раз доводилось встречать Первомай за границей. В Австралии праздновали в стенах посольства, потому что в то время (1973-1974 гг.) обстановка была очень неспокойная, даже за пределы посольства могли выходить в составе нескольких семей во избежание провокаций. В Великобритании праздник отмечал в бане на больших шотландских озерах – туда нас пригласили английские коммунисты. Запомнилось, как они воодушевленно пели «Катюшу».
А в США (в 1980-1982 гг. работал в Представительстве при ООН) 1 Мая праздновали на загородной базе. Выезжали рано утром, поскольку усадьба была километрах в пятидесяти от Нью-Йорка. Участвовали наши работники, сотрудники представительств Белорусской и Украинской ССР, дружественных стран. Начинали со спортивной программы: теннис, волейбол, футбол. Одна команда состояла из представителей СССР, другая была сборной от разных государств. Затем садились за столы. Были поздравления советского посла, представителей других стран. Из яств в основном вкусности от жен дипломатов. Из спиртного – все отечественное: водка, грузинские вина, армянский коньяк. Только не виски! Была и небольшая культурная программа, а главное – общение с коллегами.
Лариса Ивановна РУДАКОВА, брестчанка, пенсионерка
– Праздники в Советском Союзе были какие-то казенные, по одинаковым сценариям. Но Первомай был особенным. В школе к нему готовились заранее: заготавливали веточки деревьев, с распустившимися листиками, из гофрированной бумаги делали цветочки, прикрепляли воздушные шары. Ими украшали колонну. Взрослые несли плакаты, лозунги.
А уж когда первый космонавт Юрий Гагарин слетал в космос, казалось, что весь мир стал одной огромной семьей. Его считали своим парнем, встречали толпы людей, где бы он ни ехал в открытой машине. Под колеса летели цветы, игрушки… Это людское ликование сейчас трудно вообразить. Это надо хоть раз увидеть. И мне такое счастье выпало! Тогда я участвовала в демонстрации трудящихся в честь 44-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции в Москве (1961 год). Для меня, семнадцатилетней, это событие осталось самым ярким на всю жизнь.
Валерий Анатольевич ЗАРОВСКИЙ, старший тренер волейбольного клуба «Прибужье»
1980-е в СССР начались с большого события – летней московской Олимпиады, которая оставила огромный культурный след и не меньшее спортивное наследие на годы вперед. Брест тогда был одними из западных ворот, через которые в Союз могли приехать иностранные гости и делегации.
Валерий Заровский приехал в Брест после окончания вуза в 1979-м и мог сравнить, как проходили торжественные мероприятия в столице и на западной границе.
– В отличие от Минска в Бресте всегда раньше начиналась весна, и к 1 Мая природа радовала. Это было время больших репетиций. Готовили свои выступления студенты, коллективы предприятий, маршировали школьники. Ради 15-20-минутных шествий и спортивных выступлений люди тренировались и репетировали неделями. Первомай был временем демонстраций, когда люди собирались вместе, шли с флагами и транспарантами.
Олимпийские игры 1980 года в Москве в историческом контексте добавили Бресту еще два больших торжественных мероприятия: в нашем городе в 1987 и 1988 годах прошли слеты олимпийцев СССР. Брест посетили многие именитые спортсмены. Валерий Заровский в те годы работал на ковровом комбинате и часто встречал такие делегации, проводил для них экскурсии по производству. Отложилась в памяти Валерия Анатольевича майская встреча 1987-го с легендарными советскими фигуристами Андреем Букиным и Натальей Бестемьяновой, которые спустя полгода в канадском Калгари возьмут золото Игр-1988 в спортивных танцах на льду. А уже в мае 1988-го в Бресте олимпийская сборная СССР сыграла товарищеский матч с брестским «Динамо» перед отъездом в Сеул.
В общем, май был не только «мир и труд», но еще и спорт…
Анатолий Егорович ИВАНЧЕНКОВ, полковник в отставке, орденоносец
– Я учился в военных училищах в Бийске Алтайского края, затем в Уссурийске Приморского края. Мы, курсанты, всегда участвовали в первомайских демонстрациях и, надо сказать, на праздничное шествие стремились по внутреннему порыву, а не по приказу. Ведь военного парада на 1 Мая не было, и мы шли в колоннах вместе с гражданскими.
Отмечу один нюанс. Наши училища, что в Бийске, что в Уссурийске, оказывали шефскую помощь педагогическим институтам. А там ведь большинство студентов – девчата. Убежден, что взаимное шефство было далеко не случайным. На мой взгляд, это была политика: советский офицер должен был найти спутницу жизни среди образованных студенток.
Став офицерами, мы не ходили военными колоннами на Первомай, шли в колоннах предприятий и организаций, где работали наши жены. Искренне говорю: была гордость за то, что они могут трудиться благодаря нашей воинской защите. И куда мы без них, без надежного тыла? После демонстрации с семьей, с друзьями заходили в кафешку, а чаще в рабочую столовую отметить праздник. А уж вечером дома ждал праздничный ужин – дефицит-то был, но к Первомаю, 9 Мая нам выдавали «праздничные» пайки.
Несколько лет мне довелось встречать 1 Мая в ГДР, где служил в 1964-1969 и 1984-1989 годах. Заметил, жители Восточной Германии не очень праздновали 1 Мая. Куда более широко отмечалось 8 Мая, День освобождения от фашизма. К слову, в свое время меня, молодого старлея, наградили медалью «Союз свободной немецкой молодежи», в том числе за организацию первомайских мероприятий. Такую же, но чуть позже, получила и Ангела Меркель, в то время активистка немецкого комсомола.
Первомай в советском гарнизоне в ГДР проходил так: построение, митинг, а затем встреча в офицерском клубе. Немецкие гости – а они приходили на встречу с огромным удовольствием – вручали подарки отличившимся солдатам. Подчеркиваю, не офицерам, а солдатам. Конечно, не обходилось без фуршета.
Петр Степанович ПОЙТА, Почетный гражданин г. Бреста, профессор, доктор технических наук, ректор БрГТУ в 2002-2018 годах
– В деревнях (я родился в д. Харсы Брестского района) первомайские демонстрации не проходили, но если праздник выпадал на субботу или воскресенье, то молодежь устраивала вечером «маевку». Собирались все вместе недалеко от деревни, на опушке леса, жгли костер, пели песни, флиртовали с девчатами, чего таить, брали с собой и горячительные напитки, и припасы из домашних кладовок. Правда, политических лозунгов на этих маевках не звучало. А если праздник приходился на будний день, то никаких маевок не было, все работали – весна же!
Будучи студентом, а затем и преподавателем БИСИ, в первомайских демонстрациях участвовал всегда. Шли без принуждения, не ожидая льгот. Когда сегодня читаешь у некоторых псевдоисториков, что на демонстрации «выгоняли студентов под страхом исключения из института, а преподаватели получали «десятку» к зарплате», то остается только посмеяться над этими «изысканиями». У нас, брестских студентов, была традиция после демонстрации идти в Брестскую крепость.
И когда стал ректором, составить первомайскую колонну от нашего университета было несложно, просто предлагали поучаствовать, при отказе (надо помочь родителям в деревне, уехать на экскурсию) никаких не то что оргвыводов, даже упрека не было. К этому времени у нас училось более четырехсот студентов из других стран, и самыми активными желающими поучаствовать в демонстрациях были студенты из… Нигерии. Руководство университета шло впереди колоны, а преподаватели – среди студентов, чтобы следить за порядком: кто-то забросит плакат на плечо, увлекшись разговором с сокурсницей, кого-то окликнет друг. Да что говорить, сам же был студентом.
Сергей Иванович ЛОБАЧ, директор ГУ «Центр подготовки, повышения квалификации и переподготовки кадров комитета по сельскому хозяйству и продовольствию Брестского облисполкома»
– Сорок лет назад, когда я был студентом Белорусского института механизации сельского хозяйства, произошел такой случай. Перед Первым мая от декана поступил приказ: собрать и проинструктировать студентов насчет демонстрации на праздник. Сказал прямо: всем приходить с флажками, одеться прилично – в костюмы, и чтобы с галстуками. Это озадачило студентов, ведь некоторые из них в последний раз надевали костюмы и галстуки еще в школьные годы. Но деваться некуда, надо – значит надо.
На следующее утро, когда все собрались, прямо перед выходом один из парней смущенно подошел ко мне. Держит галстук одной рукой прямо у воротника и говорит – искренно, но чуть стыдливо: «Сергей, а можно я галстук в руках понесу? Я его никогда не завязывал, но все же и так будут видеть, что он есть!»
Александр Федорович ПРИГОДИЧ, пенсионер
Александр Пригодич долгое время гордился тем, что раньше всех своих одноклассников, да и всех ровесников в городе поучаствовал в первомайской демонстрации, так сказать, официально. И не у папы на плечах, но впереди колонны!
Было это в 1971-м году в столице Полесья. Саше было десять лет. Второй год он ходил в пионерах и из всех пионерских атрибутов облюбовал барабан. Он и теперь не может сказать, почему именно его, а не, скажем, горн. В шутку объясняет: тогда была популярна песенка молодого учителя Булата Окуджавы «Веселый барабанщик»: «Ты увидишь, ты увидишь, как веселый барабанщик в руки палочки кленовые берет…»
В школах в первомайские колонны кроме учителей допускались ученики, начиная с шестого класса. Александр Пригодич заканчивал четвертый. Но он был симпатичный малый и довольно бойко выстукивал на неказистом инструменте пионерский марш. Директор школы придумал, как выгодно выделиться среди коллег: впереди педагогов и старшеклассников будет идти вот этот паренек и барабанить! За громом штатного оркестра никто не услышит, если даже Сашка ударит не в такт.
Начинающий пионер Александр был и горд, и встревожен, но мальчишеское тщеславие победило детские страхи. Он даже домой барабан выпросил, чтобы тренироваться до упаду палочек. Но вот незадача – резко испортилась погода на праздник пролетариата, первого мая наружные градусники еле натягивали плюс десять. Мать юного пионера вполне серьезно собиралась позвонить в школу и отменить праздничный выход, однако пионер встал на дыбы. Но чтобы добиться своего, ему пришлось согласиться на зимнюю (!) шапку и соответствующую непогоде одежду. Действительно, было совсем не жарко, Саша даже продрог, пока отшагал во главе колонны полкилометра от школы до площади. А там от волнения даже стало жарко. И все получилось, свои пять минут славы Александр Пригодич обрел и сохранил в памяти на всю жизнь.
Иван Макарович СЕГЕНЮК, более 30 лет руководивший торговлей и общепитом в Бресте на разных должностях
– Для большинства брестчан 1 Мая было настоящим праздником. А лично для меня предпраздничные и праздничные дни были загружены работой выше головы. В 1976-1980 гг. я был директором ресторана «Буг». Понятно, что на праздник все столы будут заняты – надо завезти продукты, а дефицит тогда был нешуточный. Или взять напитки – водку и пиво накануне завозили грузовиками. «Выбивать» дефицит помогали даже партийные власти. Помню, первый секретарь горкома партии Владимир Петрович Самович лично посещал предприятия пищепрома.
У нас был зал с кабинками на 30 человек. После демонстрации собирались первые люди города. Из блюд практически главными были мои фирменные драники. Были бутерброды с колбасой, осетриной. А вот с икрой почти никогда не было, только если приезжал гость из-за границы. Праздник закончился – надо прибраться. Вот в фойе к закрытию лежат портреты членов политбюро. Какая организация их оставила?
А проблема посадочных мест! Это сейчас в парке есть точки питания, а тогда весь парк представлял собой сплошную скатерть. Из спиртного у людей главными были водка и «чернила». К слову, некоторое время «плодово-выгодные» продавались и в 3-литровых банках. А марочные вина и коньяк у основной массы горожан популярностью не пользовались.
После праздника всегда шел «разбор полетов», заслушивали и меня. Приятно, что чаще хвалили.
Подготовили Юрий РУБАШЕВСКИЙ, Сергей МОЩИК, Мария МОРОЗ, Иван ОРЛОВ, Дмитрий ШИФЕРШТЕЙН