Халява творит с людьми невероятные вещи: в погоне за выгодой разум будто бы блокирует доводы о том, что все происходящее может быть просто обманом. И иногда обман разрастается до колоссальных размеров. История, произошедшая на рубеже 2000-х в США, до сих пор поражает своей масштабностью. А начиналось все довольно безобидно – с дружбы двух парней.
В 1993 году 19-летний Роберт Гомес только вступал во взрослую жизнь, и была она довольно скромной: работа охранником в Лос-Анджелесе и одна комната на двоих с коллегой и другом Джеймсом Николсом. Спустя год такой жизни друзья поняли: пора что-то менять. Чтобы сэкономить, они переехали в дом родителей Николса в штате Калифорния.
Родители Николса были давними членами Миссионерский баптистской церкви, потому сразу установили строгие правила для проживания: никаких девушек, алкоголя и всех подобных развлечений, которыми могут соблазниться молодые люди. С родителями самого Гомеса все было непросто. Еще в начале дружбы он рассказал Николсу историю о том, что его усыновили, а его отец был миллионером, которому было некогда заниматься сыном. Впрочем, Николсу удалось однажды с ним встретиться: мужчина представился Джоном Бауэрсом и попросил его приглядывать за Гомесом. Не самая удачная семья – так бывает.
Спустя какое-то время после переезда парней в доме родителей состоялось несколько необычных телефонных разговоров. Звонившие мужчины представлялись адвокатами и сообщали о кончине Джона Бауэрса, а также говорили о необходимости разобраться с огромным имуществом, которое осталось после смерти. Правда, ввиду его размеров процесс этот обещал быть долгим.
Гомес тем временем продолжал вести обычную жизнь, при случае упоминая состояние своего отца в 411 миллионов долларов. В подробности, впрочем, предпочитал не вдаваться – до 1997 года.
Тогда произошло кое-что необычное. Роберт Гомес во время воскресной службы обратился к прихожанам. Он рассказал о своем умершем отце, который оказался чрезвычайно набожным, о наследстве и о наказе в завещании подарить 16 почти новых автомобилей верующим. Поступить против воли отца Гомес не мог, но она требовала дополнительных расходов: транспортировка авто, уплата некоторых налогов и подготовка некоторых документов. Услуги по доставке и "очистке" автомобиля Гомес оценивал примерно в 1100 долларов.
Гомес догадывался, что насчет его наследства у прихожан могут возникнуть определенные сомнения, потому рассказал, что подробностями поделиться не может: дескать, дело о наследстве все еще не завершено и находится в суде, поэтому разглашать какие-то подробности он не может. Гомес предложил желающим получить автомобили заранее оплатить "комиссию" и просто ждать свои машины.
В конце того же дня люди начали приносить деньги в дом Николсов. Они знали мать Джеймса – Роуз, знали, что Джеймс и Роберт живут под одной крышей, поэтому поверили в рассказ. Гомес сообщил, что личные чеки адвокаты принимать запрещали, – знаете, все эти юридические тонкости такие тонкости. За сутки общая сумма вырученных средств составила 30 тысяч долларов. Один из прихожан назвал наследство "чудо-машинами", поскольку для людей, ведущих весьма скромную жизнь без видимых перспектив, это и вправду выглядело как чудо.
Но ведь машин было всего 16? После продажи первой партии Гомес заявил, что машин на самом деле гораздо больше, ведь отец был по-настоящему обеспеченным. И не все из них "рабочие лошадки", в парке были экземпляры куда интереснее и дороже. Но и заплатить за них по не зависящим от него обстоятельствам придется больше. Акция невиданной щедрости продолжилась. Новость быстро расходилась среди верующих, люди продолжали нести деньги, несмотря на меняющиеся условия "сделки".
Гомес переложил на Николса вся обязательства по ведению бухгалтерии. Он пообещал ему 5000 долларов в месяц и гонорар 12%. Николс уволился с работы и целиком погрузился в новое дело. За короткое время халява и сарафанное радио позволили собрать уже миллион долларов.
В 1998 году с Роуз Николс связалась Гвен Бейкер из штата Теннеси, которая услышал о "чудо-машинах" в своей церкви. Она не просто хотела приобрести автомобиль, а решила подзаработать и помочь с их продажей. После прилета в Лос-Анджелес Николс и Гомес тотчас же приняли ее в команду. Дел было так много, что для них требовался офис. Бейкер взяла эти заботы на себя, а заодно начала налаживать связи с другими церквями. В начале 2000 года команда пополнилась священницей Коринн Конуэй и специалистом по ипотеке Кимом Кравицки.
У Бейкер все складывалось неплохо: только в 2000 году ее заработок на гонорарах от сделок составил почти миллион долларов. Машины желали приобрести не только обычные люди, но и довольно богатые личности: например, два игрока NFL вложились на общую сумму 700 тыс. долларов.
Только вот никто так и не получил свои машины. Сроки постоянно сдвигались, люди начинали возмущаться. Небольшая часть покупателей требовала возврата денег – и получала их обратно. Чтобы быть уверенным в том, что количество возвратов не начнет расти, Гомес придумал новый трюк: вместе со знакомым менеджером одного из дилерских центров он сфабриковал документы о хранящихся на различных стоянках автомобилях.
Параллельно велась и другая работа – со стороны полиции. Подобные масштабы продаж автомобилей не могли остаться незамеченными, у властей появились основания подозревать, что что-то здесь не чисто. За Кравицки, Конуэей и Бейкер начали присматривать, поскольку первоначально именно они разводили самую бурную деятельность. Ни отца Гомеса, ни машин, ни наследства – ничего из этого на самом деле не было, все это было просто огромнейшим обманом.
Первым сдался Кравицки: он согласился сотрудничать в обмен на освобождение от ответственности. Итоги следствия таковы: с 1997-го по 1998 год более четырех тысяч обманутых покупателей принесли компании 21 миллион долларов для покупки более семи тысяч машин. Четверым членам команды, кроме Кравицки, предъявили обвинения. Во время задержания Гомеса в казино на его столе были фишки на сумму более 800 тыс. долларов.
Конуэй и Бейкер признали свою вину: они получили 14 месяцев и 5 лет заключения соответственно. Гомес и Николс решили идти до конца. Виновными они себя не признавали. За мошенничество и отмывание денег Гомес получил 21 год и 10 месяцев заключения, Николс – 24 года и 4 месяца. Почему так получилось, если изначальным зачинщиком был Гомес? Николса подловили на семикратной ложной даче показаний, а уж кто из них оказался большим мошенником на самом деле – вопрос без ответа.
В этой истории замешано также и слишком много личного, узнать правду о котором сейчас едва ли возможно. В погоне за халявой люди отдавали мошенникам последние деньги. В погоне за все той же халявой участники мошенничества зашли настолько далеко, насколько это вообще можно представить. Итог оказался закономерным: счастливее от этого не стал никто.