Цены редко падают. Чаще они растут. Даже в самых благополучных странах в самый благополучный период. К примеру, в шведской книге о Карлсоне рассказывают о пятиэровых монетках, на которые еще можно что-то купить. Через несколько десятилетий после выхода детской истории в свет в Швеции такие деньги стали просто бесполезной мелочью. И это при их скандинавском благополучии. Так что для роста цен есть универсальные причины.
Одну из них легко объяснить на примере бородатого анекдота. Успешного торговца спрашивают, откуда у него так много денег. «Я покупаю машину арбузов в Средней Азии за тысячу долларов, а здесь продаю за три. Отнимаем один от трех - получается два прòцента. Вот на эти два прòцента я и живу».
Любой торговец, даже знающий лишь примитивную арифметику, понимает, что без наценки прогоришь. Из чего состоит разница между себестоимостью и конечной цифрой на ценнике? Во-первых, надо заложить все основные издержки: транспортные расходы, амортизация оборудования (например, для скоропортящихся продуктов это холодильник), зарплата кассира в магазине и т. д. Во-вторых, всегда есть налоги. В Беларуси почти все услуги и товары обложены НДС (налог на добавленную стоимость). Это базовый налог для республики, и от него цены зависят напрямую. К налогам условно можно отнести и затраты на обязательную маркировку.
После учета всех этих факторов мы еще не получаем окончательную цену. Все перечисленное выше - всего лишь себестоимость, но не для производителя, а уже для торговли. Нужен еще третий элемент - маржа. Грубо говоря, это то, что закладывают дополнительно, чтобы заработать. Иначе какой смысл? В сложные времена и на отдельные продукты волевым решением государство может маржу ограничить или даже обнулить. Так произошло недавно с некоторыми социально значимыми товарами для отдельных категорий покупателей. Напомним, для многодетных и пенсионеров крупные сети ввели специальные карты. По ним льготники покупают некоторые товары без маржи. То есть бизнес как бы берет на себя часть бремени на сложном для общества этапе.
Тут некоторые спросят: а как же в советское время коробок спичек очень долгое время стоил одну копейку? Да и на некоторых промтоварах цены чеканили. Яркий пример - чайная ложка. На ней было выдавлено: «40 коп.», то есть стоила она так везде и на протяжении многих лет. Хоть в сельмаге, хоть в большом магазине Минска. И на хлеб цены были стабильными. Их даже понижали. За счет чего?
В СССР были разные периоды с разной степенью госрегулирования, но даже в относительно благополучных 70-х все равно было два параллельных ценовых мира. Одни цены директивно назначало государство, другие зависели от конъюнктуры рынка. Как правило, второе наблюдалось в кооперативной торговле и на колхозных рынках. Либо в госторговле были коммерческие отделы или магазины (после войны их называли «Особторг», потом были «Березки» с оплатой особыми чеками и валютой. - Прим.).
Плюс системы в том, что всегда есть условная «социальная» торговая точка, где государство обеспечивает населению базовый ассортимент по приемлемым ценам. Минус в том, что это могло быть причиной дефицита в «социальной» торговле. Помните знаменитую сценку «Склад» в исполнении В. Ильченко и Р. Карцева? Там покупателя цены не особо интересовали. Он больше внимания обращал на то, что можно купить. Поэтому регулирование - дело тонкое. Совсем не трогаешь торговлю - цены будут скакать (чаще вверх). Зажимаешь слишком сильно - пропадают товары. В лучшем случае уходят на черный рынок.
Что касается понижения цен, в нынешней относительно рыночной системе это может быть следствием переизбытка товара. Например, несколько лет назад россияне чуть не погубили белорусских конкурентов в производстве сахара. В России его делали слишком много, а себестоимость была ниже, чем у нас. Белорусским властям пришлось поднять цены на сахар. Они попросту запретили всем продавать ниже определенного уровня. Только так и справились с демпингом. Теперь произошло нечто похожее, когда возник сахарный ажиотаж...
Итак, в советское время не только был огромный пласт торговли с социальными ценами, но даже удавалось эти цены снижать. А что происходит, если очень нужный повседневный товар становится дешевле? Наши запасливые люди купят его чуть больше. Значит, нужно и произвести больше, а это получается не всегда. Цены можно назначить директивно, деньги - напечатать, а вот пшеницу точно не напечатаешь.
В СССР долгие десятилетия эту проблему решали, в том числе через субсидии. Например, для поддержания цен на должном уровне в одном лишь мясомолочном сегменте в 1983 году потратили 40 миллиардов советских рублей. Можно долго спорить, плохо это или хорошо. Субсидии в той или иной форме использовал не только Союз. Из недавних примеров: в «ковидном» 2020-м в США просто раздали по 1200 долларов 70 млн граждан.
У Беларуси нет станка, печатающего доллары, нет огромных советских ресурсов. Потому невозможны такие масштабные субсидии. Государство может временно сдерживать только часть цен, причем главным образом на отечественные товары. Если сильно затронуть импортное, не будет интереса у поставщиков. Это чревато риском дефицита некоторых товаров.
Подробнее об этих и других тонкостях ценовой темы «АиФ» рассказала старший преподаватель кафедры экономической теории и маркетинга Белорусского государственного технологического университета Юлия АБУХОВИЧ.
- Почему цены не снижаются, ведь рубль укрепился к евро и доллару?
- В товарах и услугах внутри страны много импортных составляющих. Прямо или опосредовано валютные курсы будут влиять на цены в стране по цепочке. Слабеет национальная валюта - дорожает импорт, растут цены на продукцию. По идее при укреплении национальной валюты должно было произойти обратное. Но есть и другие факторы. Это риски неблагоприятного развития событий, которые наши производители закладывают в цены. Если помните, в первые дни так называемого нового кризиса очень быстро росли цены, тарифы, базовые ставки национальных банков всех государств. То есть в условиях неопределенности все готовились к худшему. Когда произошло просто плохое, началось снижение ставок. Несколько снизились и цены, но не в той степени. Почему? Риски никуда не делись. Они по-прежнему могут привести к еще большему ухудшению экономической конъюнктуры. Чем все закончится, никто не знает. Поэтому цены вниз не спешат. Лучше подстраховаться.
Есть и внешний фактор - рост цен вокруг нашей страны. Изменить это мы не можем, и нужно приспосабливаться. Цены на базовые товары, сырье, энергоносители, продукты питания растут беспрецедентно быстро. Мы видим это во многих странах. Такого не было очень много лет. Международная торговля не оправилась от пандемии и переживает новый шок. Разрушены традиционные торговые цепочки, введены многочисленные запреты на торговлю или как минимум серьезные барьеры. Часто невозможно купить товары на прежних условиях. Приходится составлять новые маршруты, добавлять новые звенья, платить посредникам, а это увеличение цены. Например, станок, который едет в Беларусь из Японии через третью страну, дорожает в среднем на 30-40%. Удорожание выпущенной на нем продукции будет заложено в цену. Также из-за санкций на внешних рынках мы вынуждены продавать дешевле, а покупать дороже.
На внутреннем рынке дефицита нет, но нет и изобилия. Значит, цены не будут снижаться. Все равно все раскупят.