Как регулировались законом преступления и проступки, которые касались сексуального насилия и принуждения к браку в Великом Княжестве Литовском? Как оправдывались обвиняемые в суде и как жертвы доказывали факт насилия?
Об этом Onliner рассказывает с помощью работ белорусского исследователя, кандидата исторических наук Наталии Слиж, которая занимается изучением истории шляхетских семей и браков, а также гендерной тематикой в контексте истории Беларуси. Одна из её научных публикаций касается насилия и его судебного и законодательного регулирования. Благодаря научной статье под названием «Згвалтаванні ў Вялікім Княстве Літоўскім у ХVI—ХVIІ стст.: заканадаўства і судовая практыка» мы узнаем особенности таких отношений между истцами и ответчиками, а также перескажем несколько интересных реальных историй из жизни наших предков.
Как отмечает историк, в судебных источниках жалобы об изнасилованиях встречаются нечасто, потому что такой факт нужно было доказать, а также опубличить его. Как выглядел процесс судебного разбирательства по таким делам? Подача жалобы, осмотр потерпевшей, собственно процесс, где разбирали доказательства и выносили приговор.
В этом процессе 1537 года показана проблема доказательства изнасилования. Батрак по фамилии Тикан обвинил в изнасиловании своей дочери свислочского мещанина Юрия Винника. Тот, в свою очередь, обвинил девушку в краже и бегствах. Изнасилование, по данным документов, произошло в винокурне, потерпевшая не смогла позвать на помощь, потому что Винник закрыл ей рот шапкой. Девушка рассказала о случившемся жене войта и другим женщинам.
«Но из-за отсутствия троих свидетелей и других доказательств обвиняемый был признан невиновным. При вынесении приговора судьи руководствовались нормами Статута 1529 года. По сути, в этом случае слова девушки были против слов Винника. Судьи не были уверены, что преступление имело место, поэтому оправдали Винника», — отмечает в своём исследовании Наталья Слиж.
В любой войне есть немало натурализма, о котором порой стыдно рассказывать и вспоминать. Но слухи об изнасилованиях приходят практически всегда. Но сейчас мы не о слухах, а о фактах. В научной статье отмечается, что военные были потенциальной опасностью для женщин, потому что долгое время не занимались сексом, были агрессивными и всё необходимое получали, прибегая к оружию.
В 1565 году господарский боярин Николай Андреевич подал жалобу на военного Яна Телка, который вывез из дома и изнасиловал его дочку Анну — нашли её вместе с судебным чиновником. Гродненские мещанки осмотрели потерпевшую и засвидетельствовали следы изнасилования.
«Дело усложнялось тем, что Анна была несовершеннолетней. Случай произошёл во время Ливонской войны, когда действия военных часто носили незаконный характер», — отмечает Наталья Слиж.
Похожая жалоба через два года рассматривалась и в Луцком городском суде. Она касалась товарищей роты. Приехав в Торчин, они нанесли много ущерба местному населению, «полнячи грех содомъскии» в корчме, а также вывезли двух приличных женщин из местечка. Чем закончился суд, история умалчивает.
Интересно, что в то время в ВКЛ и Московском княжестве были совершенно разные виды наказания за изнасилование. В 1610 году, во время выправки на Московское княжество, слуга одного из военных ВКЛ насильно выкрал дочь боярина, когда её семья ехала домой из бани. Девушка вернулась к родителям только спустя две недели.
«Судили слугу на общем собрании военных. Согласно праву ВКЛ настаивали на смертной казни, но было предложено судить по московским законам. В итоге слугу приговорили к избиению плетями, что удовлетворило обе стороны», — отмечает историк.
В судебной практике ВКЛ бывали и случаи, когда преступников освобождали от ответственности, если в последующем был заключен брак с жертвой. Также история указывает на факт, когда женщина использовала статью об изнасиловании, чтобы выйти замуж. Это произошло в 1546 году.
«Друзианна Немировна обвинила в изнасиловании виленского мещанина Андрея Капусту. При изучении материалов дела выяснилось, что мещанин обольстил женщину, когда она ночевала в его доме, обещав жениться на ней. Но после случившегося Капуста не торопился исполнять обещанное, что вынудило шляхтянку использовать старый метод для брака — обвинить в изнасиловании», — отмечает исследовательница.
В итоге суд освободил мещанина от ответственности, но пара обвенчалась прямо перед судьями.
Но есть и обратная сторона процесса — насильно могли не только выдавать женщин замуж, но и женить мужчину (хотя в законодательстве такие случаи не прописывались). После смерти старшего брата Михаила Франтишек Мелешко остался старшим в семье, но он был несовершеннолетним. Родственники из Волыни написали, чтобы парень приехал к ним и остался в их доме до совершеннолетия. Но по пути его перехватил бывший слуга его отца Ярош Колышко, который был в курсе всех дел семьи и держал в заставе фольварок — туда он и привёз юношу.
«Вечером подпоил его и женил на своей дочери Гальшке, — говорится в работе Натальи Слиж. — Все правила шляхетского брака были нарушены: не было согласований, брачного договора, записи вена и приданого и т. д.».
С утра Франтишек очнулся и узнал, что женат. Он так взбесился, что чуть не убил Колышко, но тот успокоил парня, пообещав приданое дочери в 12 тысяч злотых. Но зять был несовершеннолетним и по закону не мог самостоятельно владеть имуществом, поэтому владениями управлял Колышко. За период его хозяйствования владения Мелешек были опустошены: новый управленец причинил ущерб в 100 тысяч злотых, а суды по его делу обошлись в 70 тысяч.
В итоге Колышко приговорили к смертной казни, а его соучастников — к лишению прав и высылке из страны.