Налоговики контрольно сняли дом с баней в Брестском районе. Владелец оказался нелегалом
04.05.2024
История Марии Кудрейко, которая 18 лет следит за порядком там, куда другим женщинам вход воспрещен.
Есть в нашем городе место, где время течет по своим, особым законам. Здесь жара переваливает за 90 градусов, в воздухе парят веники, а посетители, забыв о должностях и регалиях, становятся просто «хлопцами». И уже 18 лет в этом царстве пара, горячей воды и мужского братства правит женщина — банщица Мария Кудрейко. Ей 73 года и она не просто рабочая по обслуживанию бани, она — душа, совесть и порядок мужского отделения «Лазни». Кстати, заведующий баней Александр Авдейчук авторитетно и не без гордости заявляет, что «Лазня» — единственное заведение подобного типа в регионе, где в мужском отделении работают дамы.
Впервые героиня переступила порог бани, как она сама говорит, «ещё совсем молодой», только что вышедшей на заслуженный отдых 55-летней женщиной. На плечах было трое сыновей, которых рано овдовевшая Мария поднимала собственными силами, а за плечами — непрерывный стаж на трикотажной фабрике «Элма», где героиня трудилась вязальщицей, а потом — кладовщиком на складе готовой продукции. В «Лазню» трудолюбивая и не привыкшая сидеть без дела женщина пришла трудоустраиваться за компанию с кумой. Но ирония судьбы в том, что их не предупредили: убирать придется именно в мужском отделении бани.
Как вспоминает собеседница, первый рабочий день стал настоящим шоком. Оказавшись среди мужчин, которые расхаживали «в чём мать родила», новая банщица, не поднимая глаз от пола, растерянно выдавила из себя: «Мальчики, прикройтесь!». Завсегдатаи парной даже бровью не повели, и без малейшего намёка на стеснение, продолжили свои «спа-процедуры». А Мария выполняла свои обязанности, утыкаясь взглядом в пол, краснела, как институтка, и делала вид, что голые мужики — это всего лишь часть интерьера. Героиня публикации признаётся, что поначалу подумывала уволиться. Работать было тяжело не только морально, когда в жар бросало не столько от банного пара, сколько от предложений потереть спинку или других сальных шуток и неуважения со стороны завсегдатаев, но и физически. Изначально рабочая смена длилась «от рассвета до заката». «Лазня» работает с 7.00 до 22.00, но работники приходили перед открытием бани, а уходили за полночь. За это время надо было каждые два часа убирать раздевалку, моечное отделение и парную, а также постоянно следить за порядком в мужском отделении, а после закрытия готовить его к завтрашней смене.
В те времена любители пара могли проводить в бане целый день. По воскресеньям здесь царила особая атмосфера, в которой мужское общение не редко разбавлялось пивком (или чем-то покрепче), массажем, картишками, нардами, а столы в фойе на втором этаже часто были уставлены различными закусками, которые приносили из дома, некоторые закусывали прямо из кастрюль. «Лазня» была не только моечным заведением, а настоящим джентельменским клубом по интересам, где не просто отдыхали, но и решали важные житейские вопросы.
Примерно в 2014 – 2015 годах билеты стали продавать на фиксированное время — 2 часа 10 минут. Постепенно все пришло в норму: в бане люди парятся и моются, а посиделки с пивом переместились в местный бар, где можно и сушеной рыбки поесть, и заказать полноценный обед, а на кассе — купить все банные принадлежности. Смены теперь длятся по восемь часов, да и «хлопцы» стали более дисциплинированными. Мария Кудрейко приучила своих «мальчиков» переобуваться в сменную обувь или бахилы, не разводить грязь и лужи под ногами и соблюдать все (ну или почти все) правила поведения в бане. Они слушают ее беспрекословно, не «свинячат» и стараются во всем помочь.
Сейчас посетители мужского отделения просто не мыслят баню без Марии. Они называют её по-разному, но все одинаково ласково: кто-то тетя или баба Маша, кто уважительно — Николаевна, а кто и вовсе — Машенька. Она стала для постоянных клиентов кем-то средним между строгой хранительницей порядка, мудрым советчиком и родным человеком. Мужчины доверяют ей сокровенные тайны, делятся наболевшим. Она внимательно выслушивает их, знает, кто из её «хлопцев» женился, кто развелся, у кого кто родился, а у кого давление скачет. Они обмениваются новостями, пока Мария быстро, чётко, без лишних движений собирает грязь и воду на кафеле или командует отойти в сторону или поднять ноги, чтоб она помыла. Такое двустороннее «сотрудничество» взаимовыгодно: для мужчин — это возможность выговориться человеку, который умеет хранить секреты, кто выслушает, посоветует, а если надо — по-женски или по-матерински пожалеет или поругает. А для общительной, но одиноко проживающей «Николавны» — окно в мир с ощущением нужности и собственной значимости.
Теперь те, кто когда-то ехидничал «Чего в бане одетая ходишь?», кто специально обливал скромную женщину из таза или шланга водой и вгонял в краску своими вольностями, остепенились и стали банщице друзьями-товарищами. Мария знает, в какой день и во сколько они придут и что скажут при встрече. «Только сяду перекусить в своей коморке, — являются. Чего, спрашивается?!», — ворчит, но без злобы Мария, и по тому, как она рассказывает об этих «визитах» чувствуется, что ей такое внимание даже льстит. Старший администратор Анастасия Хвищук называет Марию тонким житейским психологом, умеющей найти подход ко всем. «Даже если прикрикнет (а голосить с пружанским акцентом она может так, что слышно со второго на первом этаже), то сделает это так, что никто не обидится. И мужики часто приходят в баню не просто помыться, а поговорить с Машей».
У банной жизни есть свои неписанные законы жанра. Почти в каждой компании заядлых банщиков есть тот, кто следит за порядком в парной, совершая определенный ритуал. Минут за 5–7 до часа Х (каждые два часа) «банщик» просит не поддавать, чтобы не повышать температуру еще больше, затем решительно выгоняет всех из парилки, и пока остальные отдыхают, тщательно очищает полки от выпавших из веников листьев, хвои и проводит влажную уборку, смыв все водой из шланга. После этого он насухо вытирает полки полотенцем и, набрав ковш воды, особым способом поливает раскаленные камни в печке, чтобы потоки густого душистого пара заполнили все помещение парилки. Некоторые альтруисты даже изъявляли желание официально трудоустроиться на эту почетную должность, но, когда узнавали, что нужно ещё и отдраить всё отделение, раздевалку и моечный зал, шли на попятную. Так что Мария остается в своей роли незаменимой и теперь ни в какую не соглашается переходить в женское отделение, потому как по её твердому убеждению, с мужчинами намного проще работать, они не стоят над душой, не указывают, как надо и всегда всем довольны.
Впрочем, встречаются среди любителей банных процедур и настоящие «экспонаты». Некоторые без малейшего стеснения могут в костюме Адама спуститься из парной на первый этаж — взвеситься или покурить. Таких «эксгибиционистов» Мария своим командирским тоном, не терпящим возражений, смело загоняет обратно в рамки приличия и на отведённую территорию, чтобы не смущали ни других работниц, ни посетителей. «Гоняет» незаменимая банщица и заядлых нарушителей заведенных устоев, бреющихся в бане, и местных «Аленов Делонов», которые в косметических целях обмазываются с ног до головы мёдом с солью, жиром или кофейной гущей, щедро «заляпывая» всё вокруг своими намазками.
Но даже среди этих бесшабашных персонажей находятся те, кто, покоренный ее энергией и хозяйским подходом, пытается скрасить трудовые будни иначе: некоторые из них предлагают женщине более престижную работу, а кое-кто даже замуж зовет и устраивает сцены ревности. Однако Мария, привыкшая держать руку на пульсе банной жизни, лишь отмахивается от подобных предложений — её царство здесь, среди постоянных посетителей, которые стали частью её жизни и за которых она несет ответственность.
С особой теплотой женщина говорит о пожилом 90-летнем дедушке — настоящем талисмане «Лазни», который всегда приходит в воскресенье к открытию бани на первый пар и приветствует работниц конфетами или маленькими шоколадками «Аленка». «Это уже стало негласной традицией: пока он не придет, в парную никто не войдет!». Мария отслеживает его приходы и переживает, когда он не появляется в привычное время. Она, как и другие старожилы «Лазни», которые знают своих постоянных клиентов не только в лицо, беспокоится обо всех. Ведь в жизни случалось разное, и за время работы в ее смены трое мужчин ушли из жизни прямо в бане. Суровая на вид, но очень эмпатичная по своей сути женщина воспринимала эти потери как личную трагедию. А поскольку посетители не всегда адекватно оценивают свое здоровье и силы, скорую в «Лазню» вызывают каждую неделю. Поэтому работница бани призывает серьёзнее относиться к посещению парной и прислушиваться к своему организму.
Для тёть Маши все посетители мужского отделения бани — будь то директора предприятий или организаций, врачи или силовики, пенсионеры или иностранцы, которые до 2022 года были в «Лазне» постоянными гостями — уже как родные. И все равны. Для героини любой высокий чин — обычный посетитель, обязанный соблюдать порядок, который она наводит железной рукой в резиновой перчатке. И она для них в доску своя, родная. Поэтому неудивительно, что когда Мария уволилась, постоянные клиенты, узнав о ее уходе, решили, что начальство обижает любимицу, и отправили к руководству целую делегацию, чтобы «защитить честь» банщицы. Узнав, что дело в здоровье, пожелали ей скорейшего выздоровления и возвращения. Сердце Марии растаяло, и, поборов свои хвори, владычица мужского отделения спустя год с небольшим вернулась к своим хлопцам, несмотря на уговоры родных остаться дома.
После возвращения Марию стали еще больше любить, ценить, уважать и беречь. Подопечные как могут помогают, а руководство физкультурно-оздоровительной службы обеспечивает современным инвентарем и не обижает финансово. А о том, как директор ФОС поздравил в этом году своих всех девочек с 8 марта, Мария Кудрейко рассказывает с восхищением и постоянно желает, чтоб Бог дал ему здоровья. «Так, как в этом году меня еще ни разу в жизни не поздравляли, — делится банщица. — Для нас играл настоящий оркестр! Мы тут и пели, и танцевали, и цветы нам дарили, и подарки, и премию дали! И вообще нас не обижают: и с Новым годом поздравляют, и на овощи дают». Закидали комплементами и пожеланиями здоровья любимую Машеньку и посетители, подсластили жизнь шоколадом и искренними объятиями.
И пока Мария Кудрейко на своём посту, брестская «Лазня» остаётся не просто местом, где моются. Это место, где сохраняются традиции, уважают чужой труд и знают простую истину: даже в самом жарком царстве пара и мужского братства главным человеком иногда может быть женщина.