Фундамент башни имеет форму цилиндра с мощными стенами. Его высота – 2,3 м, толщина стенок – 3,7 м, наружный диаметр – 16 метров. Для сравнения: диаметр самой башни – 13,5 м, толщина стен на стыке с фундаментом – 2,5 м. Фундамент сложен из бутового камня «насухо» без применения цементирующего раствора: камни просто пересыпаны мелким промытым песком.
В средневековье лестницы внутри башни были совсем другими. Исследователи предполагают, что они были очень узкими, чтобы «вписаться» в расстояние между балками межэтажных перекрытий, а это меньше 1 метра, и располагались по спирали вдоль стены. Такое размещение лестниц позволяло оставлять больше места для размещения гарнизона. После первой реставрации 1903-1905 годов появились другие лестницы, тоже деревянные. Люди старшего поколения наверняка их помнят. Они служили до демонтажа в конце 90-х.
Гарнизон воинов не находился в башне постоянно. Постоянной его дислокацией являлся деревянный город-крепость, и только при приближении врага и во время осады гарнизон переходил в башню. Исходя из ее площади (чуть больше 313 кв. м) в башне могло одновременно находиться до 300 человек. Однако, по мнению современных историков, для защиты города достаточно было гарнизона численностью до 20 воинов. Глобальных войн тогда не было, и когда враг осаждал город, численность его отрядов тоже была невелика. Теоретически в башне во время набегов могли прятаться и горожане-ремесленники, но никаких упоминаний об этом в источниках не найдено.
Вход в башню действительно располагался на уровне четвертого яруса. Сегодня мы его видим: дверной проем и под ним два больших гнезда – следы от балок, которые поддерживали либо балкон, либо небольшую площадку. Попасть на эту площадку можно было по приставной деревянной либо веревочной лестнице. Нынешний вход появился после первой реставрации.
Споры о том, какой формы была крыша у башни и была ли она вообще, не утихают до сих пор. Точно известно, что пятый ярус заканчивался кирпичным сводом, который потом обрушился. Во время исследований перед первой реставрацией наверху башни было обнаружено много песка. Возможно, кирпичный свод снаружи был засыпан песком, чтобы во время осады города наверху можно было развести костер и нагреть смолу, которую лили на голову врага. Внутри в башне сделать это было нельзя: все межъярусные перекрытия были деревянными.
Нынешнее положение рва и вала вокруг крепости не отвечает тому, каким оно было изначально. Нынешний вал образовался, когда во время первой реставрации от стен башни отбрасывали трехметровый слой земли. В итоге ров получился внутри, между валом и башней, а изначально должен был располагаться снаружи. Некоторые исследователи склоняются к выводу, что ров вокруг башни был не искусственного, а природного происхождения. То есть это был естественный овраг. Его засыпали, когда в этом районе начали строить дома.
Подземный ход из башни не описан ни в одном архивном документе. О его существовании упоминает лишь Лев Паевский, но больше подтверждений ему не найдено. Так же и с внутренним колодцем. Как правило, одиночные башни строили над источником с водой, чтобы был ее запас на случай осады. Однако доказательств, что в нашей башне был такой колодец, опять же пока не найдено. На их предмет никто не проводил серьезных исследований. Башня по-прежнему хранит еще очень много тайн.
Известно 12 башен «волынского» типа, к которым относят и каменецкую. Три из них описаны в Польше, еще три – на территории Украины, шесть располагались на территории современной Беларуси: в Каменце, Бресте, Гродно, Турове и две в Новогрудке. Уцелела только Каменецкая. В Берестье башню разобрали на кирпич в 1836 году, когда строили крепость. В Турове – в 1830-м. В Новогрудке одна из башен частично сохранилась, послужив фундаментом для замковой башни 15 века.
Башня – единственный в нашем районе объект историко-культурного наследия, имеющий нулевую, то есть высшую категорию ценности среди памятников архитектуры.
Факты собирала Елена ТРИБУЛЕВА