Сейчас уже без всяких натяжек можно говорить, что в лагере «простых» рабочих появилась своя элита. Помощник гендиректора по связям с общественностью Сергей Телепушкин называет героя этой публикации штучным представителем трудового фронта, пишет «Вечерний Брест».
Когда в инструментальном цехе завода «Газоаппарат» появились новые умные станки, они стали своего рода олимпом профмастерства, до входа на который надо было еще дотянуться. В это время токарь-расточник 6-го разряда Александр Шаблинский уже был признанным мастером своего дела и имел высокий человеческий рейтинг в коллективе. Поэтому смышленого парня подключили к работе на круто укомплектованном участке всего лишь через год после того, как он начал работать на предприятии.
Престижная задача потребовала освоения совершенно нового подхода к процессу обработки металлических заготовок. По словам Александра Ивановича, сложность и огромные возможности швейцарских станков марки «Agie» по сравнению с обычным металлообрабатывающим оборудованием были для него сопоставимы с космическими кораблями.
Умные машины такого типа обеспечивают обработку материала способом так называемой электроискровой эрозии. На выходе в деталях из твердых сплавов получаются тончайшей выделки отверстия, профильные канавки, пазы, фасонные полости и т.д. А достигается это преобразование электродом-инструментом, способным отсечь от заготовки все лишнее не механическим, а выжигающим воздействием. В одной из разновидностей станков таким «резцом» служит тончайшая, диаметром 0,25 мм, проволока, в другой – прошивочный миниатюрный «молоточек». Все манипуляции станочной обработки проходят за стеклом в «аквариуме» со специальной, не проводящей электричество, жидкостью. Компьютерную программу устройству задает отдел программистов либо сам обслуживающий станок работник.
Со стороны труд на участке с умными агрегатами выглядит нестандартно. Одна из функций рабочих в этом процессе – наблюдательная. Они поэтапно переходят от одного устройства к другому, следя за правильностью выполнения операций.
Если возникают требующие вмешательства нюансы, выполняется корректировка. Например, обнаружив подгорание отторгаемого материала, работник меняет на мониторе параметры генератора. Заметив нестабильность идущего процесса, он вносит соответствующие настройки в диаграмму. А когда начинается стадия углубленной обработки детали, активизирует в центре «операционного поля» закачку охлаждающей жидкости.
Все 14 имеющихся на участке станков обслуживают только пять-шесть человек в каждой из двух смен, так что на одного работника приходится несколько «точек» сразу.
По словам Александра Ивановича, время обработки деталей очень разное: бывает, что задание выполняется за пять минут, другая вещица может совершенствоваться сутками без перерыва.
Путь Шаблинского в рабочую элиту берет начало с Бобруйского ПТУ-95, после окончания которого парня отметили присвоением сразу четвертого разряда. Выпускник немного поработал на шинном заводе и ушел в армию. Далее вслед за старшим братом приехал в Брест, пять лет трудился токарем на «Цветотроне». В 1995 году перевелся на «Газоаппарат», где и получил предложение попробовать себя на «космических кораблях».
Умные навыки стажер получал прямо на рабочем месте под руководством бригадира Александра Багнюка. Опыт перенимал и у освоивших технику коллег. А когда шесть лет назад предприятие приобрело новый японский станок «Содик», из московского сервисного центра приезжали специалисты и заодно с наладкой техники научили Шаблинского и его напарника на ней работать. Через месяц брестчане поехали в Москву в ту же фирму, чтобы еще неделю совершенствоваться в управлении «японцем». Такой же обучающий курс был предпринят год спустя в связи с покупкой еще одного «Содика».
Уже давно мастеру был восстановлен высший, шестой рабочий разряд, который временно был понижен до третьего во время стажировки на новом участке. В 2017 году Шаблинский стал победителем районного соревнования «Ленинский Олимп» в номинации «Классный специалист».
Как говорит Александр Иванович, двух одинаковых дней работы на эрозионных станках не бывает. Случаются у мастеров и ошибки, особенно обидные потому, что обрабатываемая деталь попадает в их руки на финишных операциях, после проделанного другими специалистами труда. Ситуация крайне неприятная, но и в этих случаях ищут и часто находят приемы для исправления подпорченной заготовки.
К издержкам обслуживания элитных станков можно отнести некоторое загрязнение воздуха продуктами сгорания отторгаемого металла. Минус компенсируется обилием живых растений в цехе, мощной системой вентиляции, работой кондиционеров и пресловутой выдачей молока.
А преимущество своего нынешнего положения прошедший все рабочие стадии мастер Шаблинский видит в том, что уже не надо зажимать верстак и включать рубильники. Теперь вместо физической силы требуется применять силу своего ума и сообразительности, что гораздо интереснее. В годы советского детства, когда рабочий класс был в особом почете, сообразительный мальчишка не задумывался о высшем образовании. И вот судьба все-таки привела его на престижное поприще, где трудоустраиваются и выпускники вузов.
Здоровая атмосфера в коллективе проявляется и вполне буквальным признаком: из одиннадцати станочников элитного участка ни один не курит. Правда, так было не всегда. Оздоровлению поспособствовала мудрая тактика заводского руководства. Затягиваться дымком не запрещали, но курительные помещения обустраивали все дальше от рабочего места. Когда добираться туда по свежему воздуху стало слишком неохота, ребята, включая Александра Шаблинского, поочередно «завязали». На заведенные здоровые порядки они не в обиде, да и курить, говорят, сейчас уже не модно.