Когда нас бросают, мы теряем чувство собственной значимости. Обида и гнев мешают жить дальше и строить новые отношения. О том, можно ли распознать болезненную любовь, как справляться с ситуацией расставания и стоит ли возвращать бывших, поговорили в ток-шоу «Точки над i».
Татьяна Савчик, ведущая ток-шоу:
Я знаю, что после смерти супруга вам пришлось о бабушке позаботиться некоторое время, а потом случилось несчастье и с вашей мамой. Собственно, а потом вы встретили того самого, который оказался чутким, заботливым, любящим.
Алла Тенина, два года встречалась с мужчиной-нарциссом:
Да.
Татьяна Савчик:
Расскажите, чем продолжилась история?
Алла Тенина:
Прошло определенное время, я уже стала подниматься, искать, куда свою энергию деть. Я закончила курсы радиоведущих. В общем, я пыталась развиваться, искать то, что для души. Я познакомилась с мужчиной. Такой импозантный, красивый, ухоженный, на 13 лет старше меня.
Алеся Лакина, ведущая ток-шоу:
Как вы познакомились?
Алла Тенина:
Я зарегистрировалась на Topface, решила: ну сколько можно? Надо знакомиться где-то. Я познакомилась, мы там общались, потом перешли на телефон. Мне понравился голос, то есть выражение мысли очень правильное, красивое.
Татьяна Савчик:
В общем, мужчина производил впечатление?
Алла Тенина:
Мужчина – однозначно. Он вообще на женщин производит впечатление. Он хорошо одевался. Всегда у него все подобрано: рубашечка, галстучек, костюмчик – все, как положено. Мы потом стали встречаться по пятницам. У меня просто модельные курсы были в пятницу, в семь вечера. Встречались мы по пятницам с пяти до семи, пили кофе. Мы три месяца каждую пятницу пили кофе. Меня еще купило, наверное, то, что большинство мужчин все равно начинают говорить про секс. А он – нет. Он расспрашивал меня про детство, мужа.
Алеся Лакина:
Интересовался?
Алла Тенина:
Да, он интересовался мной. Не то что то, как меня уложить, а именно конкретно мной.
Татьяна Савчик:
Конечно, это подкупает, правильно? Потому что это искренне. Особенно в вашем состоянии тогда.
Алла Тенина:
Очень. Да, это подкупает. Так и познакомились.
Алеся Лакина:
Сколько времени длились ваши отношения? Как развивались? Когда вы решили все-таки начать встречаться, а не просто пить кофе по пятницам?
Алла Тенина:
До июля мы дошли, и потом как-то одно за другое – так получилось, что начались уже близкие отношения. Когда мы первый раз встретились, говорили про то, что я люблю кофе. Он притащил мне кофе такой очень вкусный, то есть нетерпкий, приятный.
Татьяна Савчик:
То есть подметил ваши пристрастия?
Алла Тенина:
Да. Потом он спросил про турочку. В следующий раз он притащил турочку с ситечком. И так по чуть-чуть.
Алеся Лакина:
Начал к вам переезжать?
Алла Тенина:
Типа того, да.
Александр Давыденко, эксперт в области межличностных отношений, секс-коуч:
Какой умный человек.
Алла Тенина:
Да, то есть так, по чуть-чуть. Я шла домой. Он мне пирожные покупал для детей: «И тебе на завтрак». Знаете, обычно про детей вообще никто не помнит.
Татьяна Савчик:
Кажется, это такие мелочи, элементы заботы, притом такие стратегически верные, с одной стороны, были.
Алла Тенина:
Вообще. Я хочу сказать: потом, когда уже обдумывала, понимала, что он реально женщин очень хорошо обхаживает. Он вначале изучил меня, то есть мои потребности, что я нуждаюсь в какой-то заботе, любви, внимании и понимании.
Алеся Лакина:
Вы жили вместе?
Алла Тенина:
Нет, мы не жили вместе.
Татьяна Савчик:
Александр, вы как прокомментировали бы эту ситуацию? С психологической точки зрения любая женщина может попасть в такой капкан, правда?
Александр Давыденко:
Да. Все так слишком приторно классно.
Татьяна Савчик:
Что уже должно насторожить?
Александр Давыденко:
Что уже меня бы насторожило.
Алла Тенина:
И насторожило. То есть я понимала, что, например, улыбка какая-то не такая, очень правильные слова. Но уже затуманено.
Александр Давыденко:
Как правило, я все-таки позволю себе сказать это слово, так действуют абьюзеры, потому что знают то, что надо. На самом деле, когда выходишь из сложных отношений, хочется тепла, заботы. Хочется защиты, чтобы встали за спиной, сказали: «Я все решу». Хочется этого, ты это получаешь, а мужчина-абьюзер четко чувствует. Они очень хорошие манипуляторы, хорошо чувствуют, у них чуйка лучше развита – почти приближенная к женской. Они прекрасно понимают, как создать элемент – затуманить взор, чтобы потом начать ломать личность.
Алеся Лакина:
Вы после расставания поняли, что он был нарциссом. Как вы разглядели в нем нарцисса?
Алла Тенина:
Я не знаю. Я потом просто читала и решила, что он все-таки нарцисс. Именно в одежде он прямо педант. Мы пошли как-то покупать ему куртку. Я девочка и даже не заметила. Он надел эту куртку. Я говорю: «Вообще, хорошо сидит, идеально». «Вот здесь складочка». Я вообще эту складочку не видела. Он такой именно педантичный, куда ни глянь. Очень любовался собой. Он красивый.
Алеся Лакина:
Сейчас модно говорить: перфекционист.
Вячеслав Мерсон, врач-психотерапевт:
Как вы себя чувствовали, что получали в этих отношениях, с этого имели?
Алла Тенина:
Сразу эйфория, розовые очки, до небес все это чувство действительно.
Вячеслав Мерсон:
То есть влюбленность такая была?
Алла Тенина:
Это даже не влюбленность. Очень глубокое западание. Потом я стала понимать, что у меня нехватка внимания какого-то. То есть я отдаю, но не получаю. Отчужденность.
Вячеслав Мерсон:
Это как раз таки и есть признак дисбаланса. То есть должен быть баланс: должен и хочу в отношениях, даю-беру. Если, кстати, допустим, вы пишете пять сообщений – просто переписка, а он пишет одно – дождитесь баланс.
Алла Тенина:
Это я уже знаю. Тут было не так. Просто холодность какая-то. То есть он эмоционально холодный.
Вячеслав Мерсон:
Получается, вы больше ему давали, а он чуть-чуть в ответ?
Алла Тенина:
Я такая женщина.
Алеся Лакина:
Хорошо, не все мужчины эмоциональны. Есть мужчины, которые мало говорят, но много делают. Александр, как распознать?
Александр Давыденко:
Про признаки все-таки чуть скажу. О том, что когда слишком много заботы, – это настораживает. Опять же про эмоциональность – мужчины в нашем обществе не очень эмоциональны.
Татьяна Савчик:
Притом забота – это только на первых порах. Потому что потом, как я понимаю, заботы особо нет?
Александр Давыденко:
Конечно, она убирается. Дальше приходят другие потребности.
Алла Тенина:
Да. По чуть-чуть он пошел на других отдавать заботу.
Александр Давыденко:
Потому что фон, флер создан – все, можно получать человека, делать с ним, что хочешь.
Татьяна Савчик:
Тут вы решили, что настал тот самый момент, когда эти отношения себя исчерпали, надо что-то менять и выходить из ситуации. Что вы предпринимаете?
Алла Тенина:
Да. 1 марта 2021 года. Еще было все хорошо в феврале. Я поняла, что весь мир рухнул, все-таки я упала. Знаете, есть такой «эффект разбитого сердца», то есть ты испытываешь все симптомы, как при инфаркте.
Татьяна Савчик:
Человек, который пережил утрату, – в буквальном смысле смерть.
Алла Тенина:
Да. Я перестала отвечать в Viber. На следующий день села в машину и 371 километр ломанулась в деревню к маме, скажем. Мама на кладбище, там еще папа. Я уехала, отключила телефон полностью, с детьми общалась по городскому. Там заморозки, газ замерз, воды нет – тоже все замерзло. В итоге я в печке кушать готовила, воду за три дома носила. У сестры привезли дрова, я четыре дня складывала дрова – наклонилась, убрала. В общем, у меня все мышцы – физическая боль закрыла душевную.
Татьяна Савчик:
Вы окунулись совершенно в другую среду, физический труд, сменили эту городскую суету на деревенский. Вообще, весь организм видимо кричал вам о том, что пора. Я не знаю, как психологи прокомментируют. Мне кажется, что здесь была такая батарейка разряженная энергетическая, что просто крик души это был уже.
Алла Тенина:
Я поехала к своему роду, набралась там именно сил и энергии. Вернулась я уже, конечно, другой. То есть я понимала, что мне надо вперед, возвращаться я не хочу. Перестала вообще отвечать на какие-то смсочки, цветочки, потому что ты зацикливаешься. Поэтому стоп. Ты где? Здесь и сейчас. Что видишь? Пошла.
Татьяна Савчик:
Это абсолютно грамотно было интуитивно, наверное?
Татьяна Шутько, психолог, гипнолог, экзистенциальный терапевт:
Возвращение в реальность. Человек вернулся в реальность и тем самым осознал зависимость от своих мыслей. Это все лишь компульсивные мысли, которые крутятся по кругу. Их нужно уметь просто останавливать. Для того, чтобы остановить, их надо осознать. Потом это каждодневная работа над собой, как пол помыть. То есть человек каждый день моет пол, чтобы он чистый был, точно так же душу, тело. Получается, мы должны заботиться о себе.
Татьяна Савчик:
Наверное, не всем так с легкостью удается – так раз и это снести с себя.
Татьяна Шутько:
На самом деле, это легко, если человек осознает. Это точка осознания. Это легко. На самом деле страдать гораздо сложнее, чем находиться в другом состоянии.
Татьяна Савчик:
Вопрос только в другом: как все люди, наверное, к этому осознанию по-разному приходят, и разный период времени требуется?
Татьяна Шутько:
Абсолютно верно, у каждого своя скорость. Но для этого есть специалисты, которые работают с этими проблемами. Поэтому нужно просто находить в себе мужество, обращаться за помощью и помогать себе.
Татьяна Савчик:
За все время вашего уединения никогда не было искушения написать, выйти на связь? Какой-то тяги, страдания к этому человеку?
Алла Тенина:
Было, конечно.
Алеся Лакина:
Как справлялись?
Алла Тенина:
Я понимала, что если я вернусь, то мысли начинают работать быстрее: опять надо возвращаться – все это по-новому. То есть если я уже вышла частично, а вернулась вниз, то есть я падаю.
Алеся Лакина:
Алла, вы готовы к новым отношениям на данный момент?
Александр Давыденко:
Только честно.
Алла Тенина:
Я хочу, конечно, мечтаю, верю в любовь. Но у меня другая проблема – я теперь не доверяю мужчинам.
Алеся Лакина:
Многие женщины после сложных отношений не верят, не доверяют, страдают «синдромом брошенки», не строят новые отношения. Как с этим бороться?
Татьяна Шутько:
Вообще, бороться ни с чем нельзя. Если мы начнем с чем-то бороться, то никогда не решим данный вопрос. Все нужно принимать. Точно так же, как свои эмоции, чувства. Если их принимать, тогда они не властвуют над нами, просто проходят, и человек становится свободным.