Фото: pixabay (иллюстрация)
«Всем привет. Меня зовут Дмитрий, и я бывший наркоман». Именно эту фразу говорит мне 40-летний мужчина при встрече. Признаюсь, опешила. Ведь тема нашего разговора сложная. Но Дмитрий, увидев мою реакцию, махнул рукой: «Не берите в голову. Мы так с друзьями до сих пор шутим…»
- Моя история - не показатель того, как становятся наркоманами, - начинает рассказ Дмитрий. - Скорее одна из распространенных ситуаций. Я единственный ребенок в семье. Отец часто выпивал, выбирал агрессивный метод воспитания. Мама очень любила меня и защищала. Но и своего мужа ценила. У них была красивая история любви, которая закончилась после 10 лет совместной жизни. К сожалению, мама пропадала сутками на работе, в командировках. Отец уходил в запой. А когда он был в объятиях «зеленого змия», то только и мог, что кричать на меня и размахивать руками. Поэтому мне приходилось подолгу гулять на улице после школы…
- Все идет к тому, что вы связались с плохой компанией…
- Именно. Когда перед глазами нет четкого авторитета, то ты ищешь кумира в ком-то другом. Мальчику необходимо отцовское воспитание.
На улице у нас была своя компания. Из ребят, скажем так, с плохой репутацией. Мне было 12 лет, когда один из парней принес под ветровкой бутылку пива, потом я умыкнул у отца и его дружков кое-что покрепче. Алкоголь и сигареты стали постоянным атрибутом нашего досуга. Показательно и то, что в нашей компании оказались только те ребята, у которых были проблемы с родителями.
Прекрасно помню, когда впервые попробовал наркотики. Мне было 14 лет. Запрещенные вещества в компанию принес наш главарь, самый старший - 18-летний Гриша. Парень работал на стройке, где эту гадость ему посоветовал один из работяг. В дальнейшем он и поставлял нам «запрещенку», а иногда мы сами «скидывались» и покупали. Места знали.
- Вы хотели попробовать наркотики?
- Да. Гриша, держа в руках сверток, описывал свое состояние, галлюцинации... И мне казалось, что раз я уже пью алкоголь, то могу позволить себе и что-то покруче. Да и если бы отказался, пацаны не поняли бы. Ведь мы должны были следовать общему примеру.
Мой первый опыт был неоднозначным. Я съел таблетку, но на протяжении нескольких часов ничего не чувствовал. Пришел домой, а там меня накрыло… У меня сильно стучало сердце, я потел. Утром проснулся с тяжестью в голове, а потом меня сильно рвало.
Были и другие препараты, и другие ощущения. Помню, как овощем лежал на кровати и даже не почувствовал, что меня ударил отец. Осознание пришло только на следующий день, когда на руке виднелся сливовый синяк.
- Родители что-то подозревали?
- Отец думал, что я выпиваю (и был прав). Все же домой я иногда приходил не в наркотическом, а в алкогольном опьянении. Мама не знала, что я наркоман. Тоже думала, что пью. Отговаривала меня, плакала, боялась, что я стану таким, как отец. И что-то во мне перевернулось... Когда мама была дома, я был примерным ребенком. А когда уезжала - срывался. Я воровал из отцовского кармана деньги на еду, отдавал их парню в компании, который покупал мне наркотики. Потом сдавал бутылки, просил деньги у родителей на репетиторов и тоже все отдавал барыгам. Некоторые вещи из дома продавал. А однажды в обмен на три дозы променял свой велосипед. Родителям сказал, что его у меня украли.
- А вы замечали в себе изменения?
- Да. Особенно после внутривенных наркотиков. В 16 лет я впервые укололся.
Однажды, купив у знакомого очередную дозу, я пошел домой. Мама была дома, нужно было вести себя хорошо. Но жажда наркотиков была сильнее меня. Мне сложно вспоминать то чувство: мышцы и кости ныли так, что их хотелось вывернуть наизнанку, голова становилась тяжелой, словно чугунная сковорода… В подъезде я нашел темный угол, достал шприц и укололся.
Однажды эффект от дозы был настолько сильный, что я расчесал себе руки до крови. А все из-за того, что мне казалось, будто под моей кожей бегают тараканы.
После того как действие наркотиков заканчивалось, наступала депрессия. Мир вокруг меня становился серым, тело сильно болело. Чтобы избавиться от этого, нужна была еще одна доза. Вот такой замкнутый круг.
- Когда вы поняли, что пора завязывать?
- Я бы этого сам никогда не понял. Человек с зависимостью всегда убеждает и себя, и родных, что сможет бросить в любой момент. Но, понятно, этого делать не станет. Я тоже не признавал себя зависимым целых 12 лет. А зачем? Мне казалось, что моя жизнь ужасна. Меня задирали в школе, потом мои чувства отвергла первая любовь, потом у меня умер отец, я провалил экзамен в университет и пошел в ПТУ. Чувствовал себя несчастным неудачником.
Мне было 23 года. Руки - в синяках от уколов, я сильно потерял в весе. И тут припадок. Мама нашла меня, лежавшего на полу. Говорит, я нес какой-то бред, бился головой об пол. Вызвала скорую. Врачи все поняли, осмотрев меня. Отправили на реабилитацию. Те годы я не хочу вспоминать. Одно скажу: попался мне врач, который с наркоманами не церемонился…
Потом я попал в группу анонимных наркоманов. До сих пор общаюсь с людьми, которых там встретил. В последний раз сорвался в 26 лет. И, слава богу, это действительно был тот самый последний раз… После меня ждало долгое лечение.
- Опишите свою жизнь сейчас.
- У меня жена, дети, работа и хорошие друзья. До сих пор я хожу к психологу и поднимаю вопросы своего прошлого. Удивительно, но плохие воспоминания подбадривают меня. Я понимаю, что не хочу вновь возвращаться в ту яму. Будучи отцом, я сильно хочу защитить своих детей от влияния улицы. Как это сделать? Нужно быть им другом, с которым можно обсудить что-то сокровенное. В это же время нужно оставаться родителем, который учит и приходит на помощь в любую минуту.
Я не рассказывал своим детям, что в прошлом был наркоманом. Стыдно. Но, возможно, на такой разговор рано или поздно придется пойти.