29 апреля – Международный день танца. Праздник как «свой» могут отметить все профессиональные танцоры, а также те, кто просто любит таньчить. Кстати, в редакции «Вечернего Бреста» корпоратив без танцев во все времена считался провальным, пишет «Вечерний Брест».
В такой день недурно вспомнить дискоклуб, открывшийся в 1986 году в брестском парке. Тогда я была старшеклассницей и только-только познавала мир танцевальных площадок и дискотек. Дискоклуб в парке по программе, атмосфере и общему драйву не мог сравниться ни с чем, что довелось попробовать в других городах Беларуси и СССР. Уже потом мне стало известно, что брестский клуб называли «явлением» нашей тогда необъятной страны. Подобного формата не было нигде – он рождался в Бресте группой очень креативных молодых людей.
Идея открыть модный дискоклуб принадлежала Захару Семеновичу Нисневичу – директору Парка культуры и отдыха «1 Мая». Команда молодежи, стоявшей у истоков хорошего дела, за глаза называла его «Дед Захар Семёныч» — с неподдельной любовью. Был он в те годы фронтовой отставник, но чуйка на все модное, прогрессивное у Захара Семёныча наблюдалась отменная. К тому же, он понимал: чтобы дело пошло, к нему нужно приобщить как можно больше влиятельных чиновников. «Впутать в общее дело». Благодаря этой житейской мудрости и другим всевозможным талантам Нисневича брестский парк входил в десятку лучших парков Советского Союза.
Используя связи, Захар Семенович выстроил здание дискоклуба по оригинальному проекту. (Стеклянные двери, правда, очень быстро продавила очередь за билетами.) Ключевым помещением стал большой танцевальный зал с паркетным полом и большой круглой люстрой, оснащенной механизмом для светоэффектов. Стены для звукопоглощения были обиты кожаными подушечками. К паркету директор относился с особенным трепетом. Каждое утро уборщицы терли на терке глыбы парафина и щедро посыпали им пол перед наплывом танцоров. Ничего не ведающая молодежь вбивала парафин в пол. Паркет никогда не мыли, но выглядел он как новенький.
С большим танцевальным залом, из которого можно было выйти на балкон, соединялся малый, он вел вниз в уютную гостиную, где проводили банкеты. В баре для посетителей спиртного не продавали. В круглой башне на первом этаже находилась касса, на втором – бухгалтерия, на третьем – кабинет директора и… двухкомнатные апартаменты с шикарным красным мягким уголком. Апартаменты предназначались высоким гостям, но по необходимости отданы были команде «дискотекарей»: режиссеру, выпускнице ГИТИСа Татьяне Зарембо, и диджеям – студентам-архитекторам БИСИ Владимиру Шелесту, Михаилу Давыдовскому и диджею домостроительного комбината Владимиру Семенову. Вокруг основной команды всегда крутилось множество волонтеров.
Музыку, под которую танцевали брестчане, прежде всего записывали с польского радио. Ввели ночные дежурства, чтобы в музыкальных передачах ловить модные композиции. Создавать музыкальный архив помогали связи Нисневича. Каким образом, сегодня никто не знает, но Захару Семеновичу удавалось заполучать конфискованные на таможне диски с записями популярных зарубежных исполнителей.
«Дискотекарям» было неинтересно предлагать публике просто танцы, четырехчасовая танцевальная программа структурировалась на блоки: тридцатиминутные танцевальные, 15-минутки информационные, в середине программы – сюрпризы и конкурсы.
Для информационных блоков находили факты из музыкальной жизни зарубежных и отечественных «звезд», копали интересные факты; переводили с польского, английского. Конкурсы были разные: от банального – кто быстрее съест батон, не запивая, до интеллектуальных слайд-фильмов «угадаек». Например, снимали в разных дворах водосточные трубы, надо было угадать: откуда? Или фрагменты архитектурных украшений построек старого Бреста. Победитель получал приз. Однажды фотографировали красивый особняк в стиле классицизма на улице Леваневского, где размещалась комендатура. Режиссера и оператора задержали и вежливо, но жестко, задали ряд вопросов: кто такие? что ищем? зачем снимаем?
Клубная команда тогда поставила перед собой задачу: удивлять, удивлять, удивлять. Ни одна программа не должна была повториться. С осторожностью ввели блок традиционных танцев. Пригласили специалиста обучать публику танцевать летку-еньку, кадриль, польку, вальс. И это, как бы сейчас сказали, «зашло». Молодежь конца 80-х с удовольствием строилась в «ручейки» летки-еньки и бешено скакала в польке. Со временем вокруг дискоклуба сформировалась группа друзей. Они помогали проводить ежемесячные хит-парады, когда каждый посетитель ставил «галочку» напротив полюбившейся композиции, и по этим «галочкам» формировались музыкальные программы.
Захар Семёныч явно гордился своими ребятами. Ставил перед ними еще более высокие задачи и с удовольствием демонстрировал успехи высоким гостям. В репертуаре клуба появились серьезные тематические программы: «Высоцкий», «Утесов», «Песни военных лет» и редкий жанр – диско-спектакль «Мэри Поппинс», «Смуглая леди сонетов» (по произведениям Шекспира). К их созданию подключилось старшее поколение: журналист Аркадий Моисеевич Бляхер, предоставивший великолепный архив, и научный сотрудник музея обороны Брестской крепости Татьяна Михайловна Ходцева. Так постепенно дискоклуб из «танцплощадки» превращался в центр культуры Бреста.
– Нисневич понимал наш уровень и приглашал в дискоклуб всех заезжающих и проезжающих через границу влиятельных людей и знаменитостей, – рассказывает Татьяна Зарембо. – В нашем архиве сохранились фотографии выступления Ольги Аросевой и Бориса Рунге. Гостями были композитор Эдуард Ханок, поэт Евгений Евтушенко. А самой забавной дискотекой на моей памяти остались танцы 33 министров и работников министерств СССР, которые приехали в Брест на конференцию. Сначала их вниманию была предложена тематическая программа, а потом эти солидные чиновники веселились, как дети, и танцевали до изнеможения.
Когда началась горбачевская «перестройка», «дед Захар Семёныч» ушел на пенсию, а коллектив парка путем настоящего демократичного голосования выбрал себе нового директора – из диджеев. Дипломированный ландшафтный дизайнер Михаил Давыдовский в буквальном смысле жил парком. В свое время Нисневич выделил ему помещение за большой эстрадой, где Михаил и квартировал с женой и маленькой дочкой. Но «выскочку» не приняли и быстро выдавили с номенклатурной должности. С ним ушли из парка и «дискотекари».