Где родился, там и пригодился – это в полной мере про Владимира Александровича Кисляка из аг.Каменюки. За свои 81 год «с хвостиком» если ему и доводилось покидать малую родину, то ненадолго. Именно здесь он реализовал себя и, безусловно, оставил яркий след на этой земле. Был учителем, музыкантом, директором школы, председателем сельского Совета… Даже Дедом Морозом. О нем – наш рассказ.

Музыка Володе нравилась с детства. Когда в деревне кто-то играл на гармошке, не отходил от гармониста ни на шаг, завороженный волшебным рождением мелодии из-под чутких пальцев. Три последних класса (в Каменюках тогда была семилетка) доучивался уже в Каменце, жил у родни на Замостах, а у них на чердаке обнаружился баян – на нем играл сын хозяев, пока его не забрали в армию. Заметив, как при виде инструмента у мальчишки горят глаза, добрые люди разрешили ему баяном «попользоваться»: пробуй, мол, вдруг что-то да получится. Вот так, перебирая кнопки и прислушиваясь к их звучанию, Володя научился играть. Первой выученной им мелодией был «Киевский вальс» композитора Майбороды. Его и играл при поступлении в Могилевское музыкальное училище (нынче – Могилевский государственный колледж искусств). «Где вы учились игре на баяне?», – спросили его в приемной комиссии. «Нигде, – скромно ответил Володя. – Сам научился». Музыкальный слух был дан ему от рождения, как и неплохой голос – в хоре училища исполнял партии тенора.

После училища он вернулся в родные края, год поработал инструктором в район ном Доме культуры, потом ушел в армию, служил на Северном флоте. Отслужив, стал работать в Каменюкской школе учителем музыки и пения. Заодно молодого педагога «нагрузили» еще и физкультурой – кому, как не ему, такому подтянутому и спортивному, было вести этот предмет в старших классах? Но главным для него оставалась музыка. Был художественным руководителем хора учителей. На его уроках дети занимались сольфеджио и писали слуховые диктанты. Первый в области отдельный кабинет музыки и пения появился именно в Каменюках: в нем стояло фортепиано и была «поющая» доска. При Владимире Александровиче в школе – опять же первой среди сельских школ области – появился свой вокально-инструментальный ансамбль. В то время старшие классы каждый год работали в местном колхозе на прополке-уборке, и за это колхоз им платил. На заработанные деньги сами де ти и предложили купить музыкальные инструменты, чтобы организовать свой ансамбль. Протокол комсомольского собрания, на котором было принято это решение, до сих пор хранится у Владимира Александровича. Школа закупила усилитель, электроорган, мини-ударную установку и две гитары. Не было бас-ги тары – но учитель пения поехал в Каменец, где у выступающего в ресторане ансамбля такая гитара была, снял копию грифа и сделал инструмент сам.

Школьный ансамбль был страшно популярен, не только играл на дискотеках, но и выступал с программой в разных городах Брестской области, а участники ансамбля пользовались у школьников – от младших до старших классов – огромным авторитетом. Теперь те, кто в нем играл, уже стали бабушками и дедушками, но при встрече в Владимиром Александровичем нет-нет да и вспомнят музыкальные школьные годы…

От учителя до директора

В первый же год работы в школе он встретил свою будущую супругу. Светлана Яковлевна пришла в Каменюки работать врачом-стоматологом, «санировала» в том числе и школу – так и познакомились. В 1967 году сыграли свадьбу. Через год после того, как на свет появились их двойняшки, Руслан и Людмила, семья переехала из общежития в квартиру.

А он продолжал работать в школе. Школа тогда в Каменюках была большая: 20 классов-комплектов, 510 учеников. Интернат на 100 мест, в котором зимой жили дети из соседних деревень, был пол ностью загружен. Дирекция школы, присмотревшись к молодому учителю музыки, настояла, чтобы он получил высшее образование – как выяснилось позже, с дальним прицелом. Владимир Александрович так и сделал: сдал вступительные экзамены на филологический факультет Брестского педагогического института и спустя четыре года получил заветный диплом. А вскоре, в 1978 году, его назначили директором школы. На тот момент в свои 35 лет он был самым молодым в районе директором.

«Почти все учителя, что работали тогда в школе, жили в Каменюках, – вспоминает Владимир Александрович. – И это был огромный плюс для всех: и детей, и их родителей, и педагогов. Учителя с родителями виделись постоянно. Можно сказать, по одной дороге ходили. Оттого и контакт между ними был очень тесный. Если у ребенка какие-то проблемы в школе или дома что-то не ладится – все можно было обсудить. Вечером домой к школьникам и классный руководитель, и директор могли прийти, чтобы поговорить с родителями. Это давало очень хороший результат».

«Усилить сельсоветы депутатов»

Школой Владимир Александрович руководил с 1978 по 1982 год. Но потом партия сказала: надо усилить сельские советы, и директор, как человек партийный и дисциплинированный, отказаться не смог. Его кандидатуру выдвинули на пост председателя Каменюкского сельского Совета депутатов, и люди его поддержали. На этом посту Владимир Александрович оставался до 1991 года. Тогда у сельсоветов были несколько иные функции и иные возможности, вспоминает он. К примеру, в Каменюках не было службы ЖКХ, и всеми вопросами – от выписки дров для населения до уборки территорий – занимался сельсовет. Тогда председатель и ввел правило еженедельно устраивать «генеральную уборку» центральной улицы. Каждую пятницу на уборку выходило человек 200 – по графику, разработанному для предприятий и организаций, и вычищали улицу от въезда в Каменюки до входа в пущу.

Сожженная дважды

Деревня Селище Малое, в которой родился и вырос Владимир Александрович, в 20-м столетии сгорала дотла дважды. Вначале – в Первую мировую войну. Всех жителей села тогда в срочном порядке вывезли обозами в глубь царской России, а дома и хозяйственные постройки спалили – в полном соответствии с тактикой «предоставить наступавшему врагу вместо цветущего края пустыню». Дед Герасим с женой и тремя детьми, младшему из которых (отцу Владимира Александровича) тогда было три года, тоже стал вынужденным беженцем. В дороге умерла его жена. Герасим остался, чтобы ее похоронить, а обоз с детьми пошел дальше. Герасим искал их три месяца – и все же нашел. Когда 12 лет спустя жители села стали возвращаться домой, на месте их хат рос такой бурьян, что лошадь с повозкой в нем пряталась целиком. Тем не менее все расчистили и отстроили дома заново.

А в 1941 году Селище Малое, как практически все пущанские деревни, немцы сожгли еще раз. Дали людям всего два часа на сборы. Не успели возы с нехитрым скарбом (что соберешь за два часа?) выехать за околицу, как деревня уже пылала. Александр с семьей перебрались в Рожковку, к родне его жены Веры Даниловны. Рожковку и ее жителей, как мы знаем, в 1942-м от полного уничтожения спасло Божье чудо. Но у Веры Даниловны, матери Володи, в память о том страшном дне на всю жизнь остался страшный шрам через всю спину: когда гнали жителей деревни к расстрельной яме, один из фашистов стеганул ее нагайкой. Младший из детей в семье – Володя – родился в 1943 году. После войны, когда отец пришел с фронта, они вернулись в родную деревню и начали строить дом заново.

Что особенно запомнилось с тех лет? Торжественные шествия и митинги в день 9 Мая. На территории сельсовета тогда еще жили 102 участника Великой Отечественной войны, и когда они большой колонной шли на митинг, это было торжественно и трогало за самое сердце. Помнится, как в середине 80-х в Каменюках в рамках программы развития села построили большой Дом культуры. Настоящий дворец: с большим концертным залом на 450 мест, кинозалом и спортзалом. Здесь же размещались музыкальная школа и сельский Совет. Гордились им очень. Увы, в 2007 году здание взорвали – в буквальном смысле слова. Дом культуры находился на балансе Национального парка «Беловежская пуща», а тогдашний генеральный директор посчитал, что ему такое хозяйство, еще и требовавшее ремонта, ни к чему…

Грянувшая перестройка внесла в жизнь советских людей полную сумятицу. С полок магазинов исчезли продукты и товары первой необходимости, чтобы дать людям возможность купить элементарные вещи вроде носков нужно было составлять списки и выдавать талоны, с самого утра люди занимали очереди в магазины и стояли в них часами – в общем, Владимир Александрович такой жизни не выдержал и написал заявление на увольнение. Год поработал методистом в районном отделе образования, а потом, в 1992-м, вернулся в родную школу. Преподавал историю и свои любимые музыку и пение, конечно. В 2003 году вышел на пенсию, а еще через год ушел из школы.

Почти 17 лет «в бороде»

Впрочем, долго отдыхать ему не дали: буквально на следующий день позвали в Беловежскую пущу культурологом в поместье Деда Мороза. То есть – тем самым Дедом Морозом. «Как надел тогда бороду, так почти 17 лет ее и носил», – вспоминает Владимир Александрович. Туристов в те годы в пущу приезжало очень много. На новогодние праздники за день через поместье до 5 тысяч гостей проходило, и все хотели с Дедом Морозом увидеться и сфотографироваться. «Я встречал гостей из 95 стран мира!», – с гордостью вспоминает экс-Дед Мороз. Гости были всякие. Однажды приехали четверо англичан. Пообщались через переводчика, потом один из англичан достает брелок с фотографией «Битлз» и спрашивает: знает ли Дед, кто это такие? Нашел кого подловить – музыканта! «Это Джон Леннон, это Ринго Старр, Пол Маккартни, – показал Дед Мороз. – А знает ли уважаемый гость, кто был у «Битлз» бас-гитаристом? А я вот знаю: Джордж Харрисон». Англичане были в шоке. А прислушивавшиеся к их разговору другие гости наградили Дедушку Мороза горячими аплодисментами.

Ему довелось встречать в поместье и Юлию Нестеренко, и теннисиста Максима Мирного, и чемпиона мира по боксу Николая Валуева, дикторов телевидения, артистов, музыкантов и первых лиц государств. Однажды в пущу заглянули самые красивые девушки со всего мира – в Беларуси тогда проходил конкурс «Мисс Интерконтиненталь». Он встречался с российским Дедом Морозом, финским Йоулупукки, якутским хранителем холода Чысхааном и многими другими «зимними» персонажи из разных стран. Это были очень яркие и насыщенные годы, вспоминает он.

Рождение песни

Как сейчас он коротает время? Правильно – по-прежнему не сидит без дела. Два года назад дочка подарила ему гитару и наказала: учись и играй. И он научился. «Мучаю инструмент», – говорит смущенно. Еще он увлекся живописью и пишет картины. Все – на «пущанскую» тематику. Уже были его персональные выставки в музее Национального парка и в школе искусств в Каменце.

Пуща в его жизни вообще занимает особое место. Лет 10 назад, работая в поместье Деда Мороза, он написал о ней стихи. Сами собой пришли строки: «Няма месца мілей, няма зорак ярчэй… як у пушчы адвечнай…» – и дальше все сложилось само собой. Как-то показал стихи дочке, которая живет и работает в Минске. Та показала их из вестному композитору Сергею Харевичу, с которым хорошо знакома. И Харевич написал к стихам музыку.

Так родилась песня. Ее исполнила и записала в студии Жанна Пивоварова. И к 80-летию Владимира Александровича его дети устроили сюрприз. Попросили перенести День рождения на неделю вперед, на День работников лесного хозяйства, который традиционно отмечается в пуще очень широко, – и там, на Царской поляне, где собралось множество людей, включая родню именинника, состоялась премьера песни. И это был действительно очень приятный и трогательный момент…