В день освобождения Бреста наш город получит ещё один важный исторический объект – лапидарий. Ход его строительства 10 июля лично проконтролировал председатель горисполкома. О лапидарии пока знают немногие, между тем, он заслуживает особого внимания.
Лапидарий – это музей под открытым небом, где собраны каменные артефакты: старинные надгробия, элементы зданий, памятники. Такие места помогают сохранить и показать культурное наследие в доступной форме. Они интересны как туристам и историкам, так и жителям города.
У нас в лапидарии будут представлены мацевы — целые и фрагменты еврейских надгробий с кладбища, которое находилось на месте нынешней улицы Тихой. Оно существовало с начала XIX века и имеет свою непростую историю, о которой стоит сказать отдельно.
Еврейские кладбища в Брест-Литовске всегда располагались за пределами города. Однако после начала строительства крепости все старые кладбища закрыли, а надгробия решили перенести. Для этого еврейская община приобрела два участка земли. Первый – на улице Пивоварной (в XIX веке она шла вдоль Мухавца, примерно там, где сейчас улица Интернациональная) — предназначался для новых захоронений. Второй участок, возле деревни Берёзовка, был отведён для перезахоронений. Уже в 1835 году туда перенесли первые могилы.
Однако кладбище на Пивоварной вскоре заполнилось, вокруг выросли жилые дома, и власти его закрыли. Общине пришлось использовать второй участок. В 1879 году евреи выкупили рядом большую территорию и благодаря пожертвованиям возвели каменную стену с тремя воротами.
Город в 1915 году посетил Аарон Тэнцер. Он оставил такое описание этого места: «Кладбище — идеальная отправная точка для знакомства с сегодняшним днем еврейской общины Брест-Литовска. В конце концов, это почти всё, что осталось от 600-летнего, когда-то столь процветающего и гордого сообщества. Перед вами огромное поле мертвых. В центре — небольшие домики, которые здесь часто встречаются над местами захоронения раввинов и ученых, справа и слева от них безошибочно узнаваемый лес гробниц всех размеров и форм. Очень редко можно увидеть надгробие, стоящее в вертикальном положении. Из-за болотистой почвы надгробия через очень короткое время начинают заваливаться на бок… Очень часто на надгробиях встречаются живописные изображения. Если в могиле похоронен образованный человек, то на надгробии воспроизведены цитаты из Талмуда, если похоронен менее образованный человек, тогда на камне высечены изречения из шести книг Мишны. На надгробиях левитов изображена обычная лейка, а на могилах Коэнов — руки благословения, и т.д. Очень часто можно встретить изображения животных на надгробиях тех, кто при жизни носил их имена… У молодых девушек на надгробии изображен голубь, у благочестивых женщин — один из субботних подсвечников с зажженными свечами».
Кладбище пережило Первую мировую войну. Даже после 1939 года там хоронили по всем религиозным канонам — до нацистской оккупации и создания Брестского гетто (новые похороны там были запрещены). После массовых расстрелов на Бронной Горе и в городе кладбище осталось непосещаемым, вскоре фашисты начали его разорять. Первыми это сделали казаки, появившиеся в Бресте в составе частей вспомогательной охранной полиции (шуцманшафта) для борьбы с партизанами. Мацевы были однотипными, по ним нельзя было определить статус умершего. Несколько памятников из чёрного гранита с изображением рук, поднятых для благословения, были вскрыты и разграблены. Остальные — простые каменные — не тронули.
Немецкие власти предлагали брестчанам взять эту землю в аренду, а надгробия использовать для мощения. Но никто тогда не решился на это. Мацевы исчезли, вероятно, зимой 1945–46 годов для мощения лагеря немецких военнопленных, устроенного на месте бывшей колонии Варбурга. Так мацевы оказались в 1-м Минском переулке и соседних дворах.
В начале 1950-х, после отправки немцев на родину колонию Варбурга передали под общежития для студентов и преподавателей пединститута. Со временем здания обветшали, жителей отселили, но планы снести и построить новый студгородок тогда остановил экономический кризис 1990-х. Последний дом снесли при строительстве супермаркета «Марцін» рядом с новыми общежитиями БрГУ.
Само еврейское кладбище исчезло раньше. Когда старый стадион «Локомотив» возле станции Брест-Центральный был передан для строительства цехов завода «Газоаппарат», власти недолго задумывались над новым местом под стадион – пустырь на еврейском кладбище.
Кладбище располагалось на склоне между улицами Скрипникова и Тихой. Когда бульдозер начал выравнивать участок, ковш вывернул наружу множество останков — глубина еврейских могил была небольшой. О перезахоронении не думали. Решили засыпать всё землёй с валов IX форта. Так исчезли и кладбище, и детище генерала Карбышева — последний уцелевший форт с восточной стороны города. Он был любимым местом отдыха жителей Киевки, Граевки и Берёзовки.
На месте кладбища устроили стадион с полем, дорожками, трибунами и спортзалом, подняв поверхность на 1,5–2 метра. Территорию обнесли бетонным забором, почти совпадавшим с границами кладбища.
Но часть мацeв всё же уцелела — их использовали для мощения переулков и дворов. Идею создать лапидарий, куда потомки могли бы прийти поклониться предкам, предложил в 2004 году Аркадий Бляхер, возглавлявший тогда общественное объединение Брестский областной научно-просветительский центр (ОО БОНПЦ) «Холокост». К нему пришел студент-выпускник Алексей Федорук, выбравший тему для дипломного проекта «История развития еврейских микрополий на территории города Бреста». Его проект был представлен специалистам по охране историко-культурного наследия на выставке в Варшаве и удостоен международного диплома.
Аркадий Бляхер обратился в Брестский горисполком с просьбой поддержать эту идею, и ГИК своим решением от 13 июля 2004 года № 823 разрешил ОО БОНПЦ «Холокост» разработать эскизный проект памятного знака на улице Тихой. Первоначальные затраты на его строительство тогда оценили примерно в 30 тыс. долларов. Таких денег ни у города, ни в общине не было. Поэтому этот проект изначально предполагалось реализовать за счет иностранных пожертвований. На основании этого же решения надгробия были наконец извлечены из дорожек и площадок дворов.
Из акта КУМПП «Городское ЖКХ» от 16 июля 2004 года: «…с дворовых территорий жилых домов и тротуаров по 1-ому Минскому переулку были произведены работы по демонтажу плит надгробий (мацев) старинного еврейского кладбища, которое было разрушено и на его месте построен стадион «Локомотив». Мацевы при демонтаже практически все ломались, так как длительное время лежали в сырой земле, по ним ходили люди и ездил транспорт. Всего отвезено для хранения в каземат Восточного форта Брестской крепости примерно 1112 (одна тысяча сто двенадцать) кусков мацев».
Последняя крупная партия (около 300) была поднята из земли в 2014 году при строительстве супермаркета сети «Марцін». Усилиями уже следующего руководителя ОО БОНПЦ «Холокост» Регины Симоненко, студентов университета им. Пушкина под руководством Ирины Вавренюк и строителей супермаркета надгробия были перевезены к остальным в Брестскую крепость. Четыре целые мацевы в 2016 году переданы мемориальному музею Холокоста в Вашингтоне.
Всего было несколько вариантов лапидария, подготовленных Алексеем Федоруком, Алексеем Андреюком, Николаем Власюком-старшим. Все они интересные, но, к сожалению, в них не соблюдались полностью традиции иудаизма, что было важно для заказчика. Дело в том, что под застройку выделили участок бывшего кладбища, где не было захоронений. Самый последний вариант в 2015 году по заказу ОО БОНПЦ «Холокост» разработало ООО «Реставрация». Было учтено основное требование с точки зрения иудаизма: нельзя вкапывать надгробия в то место, где не был похоронен человек. Поэтому проект предусматривал именно инсталляцию. В 2018 году он был близок к утверждению на градостроительном совете. А далее грянула пандемия, иные кризисы, и проект заглох. Собрать требуемую сумму брестская еврейская община не смогла.
Тем не менее, работа над лапидарием не останавливалась. Волонтёры минского еврейского студенческого центра «Гилель» описали мацевы, отсортировали их и перевели уцелевшие надписи с идиша и иврита, проведя всю подготовительную для строительства работу.
В 2023 году Брестский горисполком передал право на строительство мемориального знака иудейскому религиозному объединению из Минска. Его глава Артур Лившиц ещё в 2015 году ознакомился с проектом от ООО «Реставрация», но решил всё сделать заново и по-своему.
Новый проект разрабатывался американским архитектором Брэдом Голдбергом вместе с белорусским бюро. Финансирование шло от частных пожертвований. Крупнейшими спонсорами стали Стивен Гринберг (чьи родители родом из Бреста), организация The Together Plan (её белорусское отделение возглавляет Артур Лившиц), а также другие зарубежные меценаты.
Сейчас именно этот проект воплощается на окраине улицы Тихой. Он проще и скромнее, чем предложенный ранее брестскими архитекторами.
Главное, что спустя десятилетия памятники вернутся на свое место. Пусть и не на то же самое, но рядом. Стивен Кинг как-то написал, что кладбище – «это самое популярное место в городе. Почему? Умерев, все люди отправляются сюда…». И пусть уже некому посещать тех, чьи имена сохранились на старых камнях, лапидарий сохранит память о некогда самой большой общине города.
