Последние полтора десятка лет археологи из Института истории НАН Беларуси проводят изыскания в Беловежской пуще чуть ли не каждый сезон. Собственно, благодаря их находкам и с их подачи в пуще и появился археологический музей под открытым небом, аналогов которому в нашей стране нет. Институт же обеспечивает и научное сопровождение работ по созданию музея. Недавно ученые вновь работали на его территории. Что привело их сюда в этот раз?
На славянском поселении раннего средневековья копает траншею миниатюрный экскаватор с узким, чуть ли не в штык лопаты, ковшом. За его работой пристально наблюдает девушка в камуфляжных штанах и высоких ботинках. «Стоп, – командует она, и техника останавливается. – Дальше только вручную». И несколько мужчин послушно берут в руки лопаты… Девушку зовут Дашей Федорук, она археолог и младший научный сотрудник Института истории НАН Беларуси, а сюда командирована в составе научной группы наблюдать за ходом земляных работ. Рядом Элона Ляшкевич, научный сотрудник отдела сохранения и использования археологического наследия, аккуратно перебирает песок, вынутый из траншеи. А вдруг вместе с ним на поверхность был поднят какой-нибудь древний артефакт?
Впрочем, поиск новых артефактов – это уже не главная цель, подчеркивает директор Института истории Вадим Лакиза. Археологические исследования в пуще, в том числе на месте памятников, где сейчас находится музей, он начал проводить, еще будучи заведующим отделом археологии каменного и бронзового веков, и теперь не упустил возможности приехать сюда хотя бы на три дня. «С научной точки зрения очень важно, что памятники на этой территории изучены полностью и на большой площади, – говорит он. – Вся площадь строительства музея, прежде чем начали возводить сооружения разных исторических периодов, прокладывать дорожки и проводить коммуникации, была исследована, как говорится, вдоль и поперек. И сегодня мы имеем самую полную картину планиграфии и стратиграфии поселений в этом месте: от финального палеолита до эпохи нового времени. Это, можно сказать, уникальный для археологической науки случай. Впрочем, и место особенное, которое наши предки считали удобным для жизни. Высокий берег, который не затапливается. Река, богатая рыбой. Лес, в котором много дичи. Люди здесь начали селиться как минимум 10 тысяч лет назад…»
Археологический музей в Беловежской пуще создавался в несколько этапов. Сейчас пришел черед следующего – развитие инфраструктуры. Чтобы весной или поздней осенью, или просто в пасмурный день, когда внутри воссозданных помещений разных эпох темно, посетители могли рассмотреть выставленные в них экспонаты, решено провести электрификацию. А заодно установить видеонаблюдение, без которого сейчас не обходится ни один музей. «Земляные работы по прокладке кабеля не наносят существенного вреда памятнику археологии, – говорит Вадим Лакиза. – Во-первых, они проводятся с минимальным повреждением культурного слоя. Задействована специальная техника с узким ковшом, на некоторых участках траншеи копаются вручную. Многие траншеи спроектированы к тем участкам, где культурный слой минимальный или уже был изучен ранее. Во-вторых, культурный слой, который достается из траншей, тщательно пересматривается и будет уложен обратно максимально аккуратно. Мы как раз за этим и наблюдаем». Помимо освещения музей ждут и другие перемены: на входе на его территорию возводится входная группа в виде двух сооружений из сруба с въездной брамой. Но этот объект уже не попадает в охранную зону памятника археологии.
Но и на такой, казалось бы, изученной вдоль и поперек территории случаются интересные находки. К примеру, была найдена орнаментированная нижняя часть остродонного сосуда неманской неолитической культуры, которому около 6 тысяч лет. Столов в то время еще просто не было, и такие сосуды просто «втыкались» в землю. О том, что на этой территории жили представители неманской неолитической культуры, археологи знают: здесь уже находили фрагменты характерной для нее керамики. Но очередная такая находка – приятная неожиданность… Или взять кремневые нуклеусы – с них древние мастера скалывали пластины и отщепы для изготовления наконечников стрел и разнообразных орудий труда (скребки, ножи, проколки и др.). Еще в прошлые годы ученые удивлялись большому количеству нуклеусов на этом месте. А в 2020 г. во время раскопок обнаружили первобытный клад: 10 нуклеусов и несколько кремневых конкреций. «И это не мастерская древнего мастера, потому что нуклеусы были спрятаны в стороне от центральной части поселения, – рассуждает Вадим Леонидович. – Это специальный тайничок, чтобы спрятать заготовки от своих соплеменников. Или же, возможно, своего рода приношение какому-то божеству. Такие находки интересны в том плане, что позволяют анализировать духовную жизнь, традиции наших предков, во что они верили, чему поклонялись…» В этом году археологи снова нашли несколько кремневых нуклеусов.
* * *
К здешним памятникам археологии у ученых особо трепетное отношение еще и по другой причине: они на 100% подтвердили их понимание исторических процессов, которые легли в основу концепции музея. К примеру, на том месте, где сегодня возведено сооружение культуры шнуровой керамики, были найдены материалы именно этой культуры. Или взять деревню бронзового века, в которой мы и разговариваем с директором Института истории. Деревня воссоздана в виде, характерном для населения тштинецкой культуры. Известно, что часть западной Беларуси и Беловежская пуща входили в ареал этой культуры, хотя основное население проживало на территории современной северной Украины и юго-запада Польши. И разрабатывая для музея концепцию деревни бронзового века, ученые решили воссоздать деревню тштинецкой культуры как наиболее яркого представителя той эпохи. И когда археологи проводили изыскания на этом месте, они нашли материалы именно этой культуры. «Это очень мотивирует и радует, – признается Вадим Лакиза. – Ученый имеет право на риск, потому что не каждая идея или гипотеза подтверждается. А тут нет проблем. Наша концепция стала научной теорией, доказанным историческим фактом. Тысячелетнюю историю можно увидеть, потрогать, сфотографировать… Это и есть счастье археолога».
Вадим ЛАКИЗА, директор Института истории Национальной Академии наук Республики Беларусь:
– Я по-настоящему рад, что такой комплекс в пуще живет, развивается и привлекает туристов. Это вдохновляет, когда твои идеи, кажущиеся на первый взгляд фантастическими, реализуются так успешно. Хочу подчеркнуть: всего этого не удалось бы достичь без поддержки людей, которым самим эта тема очень близка. Я приехал как раз к рабочему совещанию по музею, которое проводил на месте строительства входной группы Александр Васильевич Бурый, генеральный директор парка. И было видно, что ему эта тема очень интересна, он ею буквально живет. Он подсказывает, как можно использовать традиционные материалы и инструменты, потому что сам родом из деревни, а в деревнях старые мастера еще помнят, как это делалось в древности. Такие секреты передавались из поколения в поколения на протяжении веков. И мне очень приятно, что идея развития археологического музея находит такое понимание и поддержку со стороны руководства Национального парка.