Фраза «Да я с 18 лет живу самостоятельно!» обычно настоящий повод для гордости. Но что, если обстоятельства складываются по-другому и вы продолжаете жить вместе с родителями и в 30, и в 40 лет? С героями Onliner пробуем разобраться: это приговор для личной жизни или просто рациональный подход к быту? И можно ли выстроить гармоничные отношения с родителями, пока вы живете на одной территории?
Кристине 47 лет. Она успела пожить отдельно, но снова вернулась к семье после учебы — и задержалась на 15 лет.
— Если рассказывать мою историю очень кратко, то я младший ребенок в семье — на 10 лет младше брата и сестры. Поэтому отношение ко мне всегда было «особым»: максимально строгий контроль и гиперопека.
Как только я уехала на учебу в другой город, мне сорвало крышу: жизнь в общежитии, бесконечные посиделки, дискотеки, прогулы. К концу первого курса меня отчислили. Начался период самых разных работ. Я скиталась по друзьям, случались какие-то дурацкие отношения. Понятно, что в этот момент общение с родителями было отвратительным. Несколько раз я пыталась вернуться к учебе, снова бросала. А потом резко взяла себя в руки.
На курсе я была старше всех примерно на пять лет. Так что наши интересы уже очень сильно расходились — я была вся в учебе.
Когда зашла речь о распределении, родители были непреклонны: я должна хотя бы на время вернуться домой.
Сама я мечтала попасть в Минск, но ничего не вышло. Поэтому я подумала: разницы нет, домой так домой. Зарплата молодого специалиста — это какие-то жалкие копейки. Поэтому жизнь с родителями спасала: не нужно платить за жилье, за еду, одежду мне тоже мама покупала. А жить в одной комнате с еще тремя «девочками», когда тебе уже под 30, я не хотела.
Было ли сложно? Вот представьте, что вы взрослый человек, но обращаются с вами так, будто вам 7. Под контролем было все. Как только я просыпалась, завтрак уже стоял на столе — и никакого выбора. После тяжелого дня я хотела просто молча посмотреть в стену 20 минут, но нужно было сразу переодеться и идти за стол — есть то, что приготовила мама. Причем она постоянно приговаривала: «Ешь еще, давай добавлю». Если мне чего-то хотелось, приходилось есть это на работе, иначе меня ждали бесконечные обиды.
Мама хотела знать подробности каждого моего шага: кто что из коллег сказал сегодня на работе, почему я надела эту кофточку, где я задержалась на 15 минут. Иногда меня накрывали приступы ярости. На это я слышала всегда одну и ту же фразу: «В этом доме дверью хлопают только один раз!»
За первый год дома я набрала 18 килограммов.
Так что ни о каких отношениях с мужчинами не могло быть и речи. Я чувствовала себя ужасно. У меня не было почти никакого круга общения: все вокруг уже семейные. В кафе или кино я бывала в лучшем случае раз в год.
Бо́льшую часть времени я проводила просто дома. Начался период бесконечных попыток заняться спортом и сесть на диету. Но это уже другая история. Главным способом поднять себе настроение был поход на рынок за новыми вещами. Причем очень часто я покупала то, что мне не по размеру, — на потом, когда похудею.
Периодически возникали мысли о переезде. Но я понимала, что буду просто выживать. Отдавать все деньги хозяину съемной квартиры я считала несправедливым.
Со временем стало только хуже. Мы забрали к себе бабушку, которая была в плохом состоянии. Потом заболел отец. Маме нужна была моя помощь, чтобы за ними ухаживать. И я осталась.
Это сейчас я понимаю, что в моей голове была четкая мысль: съезжать нужно только к мужчине, иначе это просто выброшенные деньги. Пыталась ли я устроить личную жизнь? Да, сидела на сайтах знакомств. Но в маленьком городе это полный провал. И даже тут мама подливала масла в огонь: звонила прямо во время свиданий, спрашивала, когда я вернусь и знает ли она этого мужчину. При этом она каждый день заводила разговоры о том, как мечтает о моем замужестве. Наверное, это доводило меня больше всего.
Когда мне было уже 43 года, в общей компании я познакомилась с мужчиной. Заявление в загс мы подали через два месяца, и практически сразу я забеременела. Сейчас мы с мужем и сыном живем у него — по иронии судьбы на соседней улице от мамы. Так что мы по-прежнему видимся каждый день.
Мама все еще задает много вопросов, комментирует воспитание ребенка и поведение моего мужа. Но дышать мне стало гораздо свободнее.
Игорю исполнилось 48, он убежденный холостяк со своей философией. В родительской квартире он остался потому, что так и не нашел ни одной причины съехать.
— Еще лет в 20 я понял, что не хочу жениться никогда. Это нужно только женщинам! В чем выгода для мужика? От тебя нужны только деньги, деньги, деньги, а в итоге остаешься с голым задом. А уют… Да хрень это. Мужики спокойно живут в спартанских условиях — только бы под ухом никто не зудел.
Я минчанин в четвертом поколении. У нас большая квартира в центре. Высокие потолки, тихий двор — это не какой-то клоповник на окраине с орущими детьми. Квартира осталась еще от деда с бабкой, сейчас мы живем тут вдвоем с матерью.
Места предостаточно. А когда я в наушниках за закрытой дверью — это полная идиллия.
Я учился в Минске и еще тогда насмотрелся на голодных однокашников. Они искали 10 копеек на булку, а меня дома всегда ждали первое, второе и компот. Так что мыслей о том, чтобы съехать, у меня не было: не вижу ни одной причины — только понты.
Все лето и осень мать на даче, так что полгода вообще можно чувствовать себя свободно. Да и в остальное время мы друг друга не беспокоим. «Ну что ты?» — вот и все вопросы. Я даже ем в своей комнате. А то, что она готовит и убирает, так она на пенсии, у нее же нет других занятий. Это, наоборот, развлечение. И я ни разу не слышал от матери плохого слова на эту тему.
Что до женщин, то не вижу проблемы в том, чтобы приводить их к себе. Да и к женщине можно поехать — XXI век на дворе. А жить вместе ни с кем я не планирую. И в 20 не хотел, а в 50 так тем более. Это раньше друзья подшучивали, а теперь только тихо завидуют. Я так думаю.
Много лет семья Татьяны прожила вместе с ее мамой, но не в родительском доме, а в купленной в складчину квартире. Сейчас белоруске 52 года, и она совсем не жалеет, что все вышло именно так.
— Мы с мужем рано поженились, нам было всего по 20 лет. Быстро родился сын. Конечно, мы мечтали о своем жилье. По сути, это все, что мы могли делать. Рассказывать о голодных девяностых, думаю, лишнее. И вот неожиданно на работе нам выделили квартиру. Но нужны были деньги на первоначальный взнос — а у нас $120 отложено, как сейчас помню.
И тогда возникла идея, что можно продать мамину хрущевку и вместе поселиться в трешке в новостройке. Мама взяла на раздумье день — и сразу же согласилась. На этой почве у нас возник конфликт с братом. Но это было только мамино решение, я на нее не давила, а своим имуществом она имела полное право распоряжаться так, как хочет.
На семейном совете мы решили на время поселить маму с нашим сыном — ему было 3 годика, и он еще боялся ночевать один в комнате. Но комнату сделали не детской, а именно такой, какой хотела она: с обоями в цветы, сложными темными шторами — все только по ее вкусу. В остальной ремонт ее не втягивали, чтобы не таскать по рынкам и магазинам.
В основном ей все понравилось, только светлые обои в зале не одобрила: непрактично. И много лет жалела, что у нас только диван, а не весь мягкий уголок. Еще она постоянно сама покупала мелкие украшения: вазы, статуэтки, салфетки, чтобы было уютнее. Сначала я старалась их оставлять, но потом мы договорились, что все должно быть в одном стиле, поэтому она может украшать свою комнату как захочет.
Конечно, даже со своей мамой мы столкнулись с проблемой «две хозяйки на кухне». И я поняла, что готова уступить. Думаю, работающие женщины меня поймут.
Нет ничего прекраснее, чем приходить домой после долгого дня и видеть готовый ужин на плите. Благодаря этому можно не лететь сломя голову с работы, чтобы успеть забрать ребенка из сада до закрытия.
Вмешивалась ли мама в нашу личную жизнь? Мы все одна семья — не было никакого разделения на личную и неличную жизнь. Да, у нее было мнение по многим ситуациям. И вы не поверите, но она не всегда поддерживала только меня, часто вставала на сторону мужа. Может, даже чаще, чем мне хотелось (смеется. — Прим. Onlíner). Но проигнорировать — нет, так у нас не принято.
У моего мужа самый спокойный характер из всех людей, кого я знаю. К тому же он вырос в многодетной семье, так что привык, когда дома много народу.
Муж просто принял как данность, что теперь мы живем так.
Через девять лет после переезда родилась дочка. С грудным вскармливанием не заладилось, поэтому мама просто спасала меня по ночам. Мы переехали в зал, нашу спальню переделали в детскую для сына, а дочку поселили вместе с мамой. Я до сих пор безумно благодарна ей за этот период. Со вторым ребенком мне было в десять раз проще благодаря ей.
Кстати, мама очень быстро нашла себе общение в новом дворе. Она занялась цветами и быстро познакомилась со всеми пенсионерами в округе. Скучать не приходилось. Сейчас ей уже за 80, и заниматься этим ей тяжело. Теперь она сама немного напоминает маленького ребенка — но просто пришел наш черед заботиться о ней в ответ.