В редакцию Onliner обратилась пара белорусов, которые при выезде за рубеж застраховались (как они считали) на случай преждевременных родов. И хотя планировалось родить в Минске по возвращении из отпуска, у жизни были свои планы. На 36-й неделе в одесском роддоме на свет появилась девочка. На следующий день радостное событие омрачилось ответом из страховой компании: случай не страховой и возмещать расходы белорусам не намерены. Разбираемся, как такое могло произойти.
Последний год Александр живет и работает в Украине, параллельно перевозя к себе жену с дочкой. В июле этого года пара решила слетать на отдых в Одессу — такая возможность представится Александру и Валерии еще нескоро с учетом всех обстоятельств. Жена была на 33-й неделе беременности, и до родов оставалось достаточно времени. На всякий случай пара перестраховалась.
— По условиям, которые нам объяснили консультанты нескольких страховых компаний, роды до 37-й недели являются страховым случаем. Из Минска мы выехали в июне, страховку на случай преждевременных родов сделали накануне в компании «Белросстрах». Сотрудник страховой проконсультировал нас, при нас созвонился с другими коллегами и подтвердил, что роды до 37-й недели — это страховой случай. Мы заключили договор до августа, к тому времени планировали вернуться и спокойно рожать в Беларуси, — рассказывает Александр.
Но у жизни были свои планы. 3 июля, на 36-й неделе беременности, у Валерии начались роды.
— Когда отошли воды, я сразу позвонил в страховую, — вспоминает читатель. — Там попросили сообщить, в какой роддом нас направят, и жену увезли на скорой в одесский роддом №7, где она успешно родила девочку, которую мы назвали Николь.
Спустя день от страховой компании пришло сообщение: случай не является страховым, поэтому оплачивать расходы на роды нужно самостоятельно, никаких выплат не положено.
— Я начал звонить им, чтобы выяснить, что все это значит. Специалисты компании в один голос стали твердить, что случай не страховой. Наш специалист сначала поддерживала и пыталась разобраться, а потом сказала: «Да, случай не страховой. Извините, ничем помочь не могу». Мы написали письмо в отдел урегулирования убытков с просьбой возместить нам потраченные 500 долларов, на что получили ответ о том, что случай не страховой, но мы можем обратиться в суд, — разводит руками мужчина.
В ответе «Белросстраха» указано, что в соответствии с условиями договора «не оплачиваются все расходы, связанные с нормальной и патологической беременностью (за исключением расходов, связанных с внематочной беременностью), родами». Также страховая пояснила, что их сотрудник рассказал совсем другую версию событий, а раз уж клиент поставил свою подпись в договоре, то условия знал.
Пара не отрицает: договор страхования не читали, полагаясь на то, что на консультации узнали все условия. А даже если бы прочитали, из пункта о расходах вообще мало что понятно.
— Конечно, мы виноваты, что не прочитали договор, но мы же пришли для этого в офис за конкретной услугой — консультацией. Там нас уверили, что преждевременные роды — страховой случай, а из договора выходит, что страховой случай только один — внематочная беременность. Почему тогда сразу не сказать, что страховка нам не подходит? В их глазах мы два идиота, которые пришли за страховкой на конкретный случай, нас проконсультировали, что такой случай не является страховым, но мы решили все равно заключить договор. Мы бы хотели решить вопрос полюбовно, но, похоже, придется обращаться в суд, потому что все выглядит как введение в заблуждение ради получения выгоды. Можно же поднимать мобильные звонки сотрудника, который звонил консультироваться, но страховая в этом не заинтересована, — вздыхает Александр.
— Нас уверили, что преждевременные роды — страховой случай, а из договора выходит, что страховой случай только один — внематочная беременность. Почему тогда сразу не сказать, что страховка нам не подходит?
Правда ли, что на консультации вам безнаказанно могут говорить одно, а в договоре будет совершенно другое, и есть ли шансы доказать, что вас ввели в заблуждение? Спросили у специалистов.
— Конечно, герои могут обратиться в суд о признании договора страхования недействительным, доказывая тот факт, что были введены в заблуждение представителем страховщика относительно условий страхования. Но в обоснование своих требований им придется предоставить соответствующие достоверные доказательства, а результат будет зависеть от оценки судом таких доказательств, — поясняет юрист Татьяна Ревинская. — Я бы посоветовала не жалеть времени на то, чтобы внимательнее читать любой договор, разбираясь во всех его условиях, либо доверить договор для его оценки юристу.
Также юрист пояснила, что запись консультации на диктофон может послужить доказательством в суде. Но только если вы предупредили о записи.
— Суд может принять в качестве доказательства аудиозапись разговора с представителем организации. Однако такая запись должна соответствовать определенным условиям (ст. 229 Гражданского процессуального кодекса): она должна быть получена законно и вестись открыто (ч. 3 ст. 178 ГПК). В суде важно подтвердить, что иные лица знали о записи. Это может быть понятно из ее содержания. Но если, к примеру, разговор записывался с самого начала, а собеседника предупредили об этом позже, суд не будет оценивать сказанное до предупреждения и не примет во внимание эту часть записи (ч. 3 ст. 229 ГПК). Иных требований к записи нет. Ее вид и носители информации (флешка, диск и т. д.) для суда также значения не имеют, — говорит Татьяна Ревинская.
Увы, шансов доказать свою правоту в конкретной ситуации у пары немного, также поясняет главный юрисконсульт ОО «Региональное общество защиты прав потребителей» Александра Юмудова.
— Действующее законодательство предусматривает ответственность исполнителя за недостоверную или недостаточную информацию для потребителя. Однако, к сожалению, в сложившейся ситуации все обстоятельства не на стороне потребителя, — считает Александра Юмудова. — Это обусловлено в первую очередь наличием в правилах страхования, на основании которых заключен договор, оговорки о том, что расходы, связанные с нормальной или патологической беременностью (за исключением расходов, связанных с внематочной беременностью), родами, не возмещаются. Кроме того, в данном случае у потребителей отсутствуют доказательства предоставления им недостоверной информации в ходе устной консультации до заключения договора.
Безусловно, можно пытаться истребовать аудиозапись телефонного разговора с консультантом у исполнителя, однако нужно понимать: обязанность по хранению таких записей законодательно не закреплена. Соответственно, можно предположить, что страховая компания не предоставит запись разговора, в котором их сотрудник мог довести до сведения потребителя недостоверную информацию. С учетом всех этих обстоятельств обращение в суд с иском — большой риск понести судебные расходы.
Для тех, кто хочет избежать таких конфликтных ситуаций, совет банальный: читайте договор и не стесняйтесь просить показать в нем конкретный пункт.
— Да, зачастую такие документы очень объемные, трудные для восприятия, поэтому, если потребителя интересуют конкретные положения, как в рассматриваемом случае, то нужно не стесняться просить у консультантов указать место в документе, где содержится необходимая информация. Относительно устных консультаций: любой человек вправе вести аудиозапись разговора, но учитывайте, что для последующего ее использования собеседник обязан быть уведомлен об этом, причем данное предупреждение должно быть слышно в записи, — подытожила юрист.
Onlíner также направил вопросы о данной ситуации в страховую компанию. Как только мы получим ответ — сразу его опубликуем.