Мировой тренд на уменьшение углеродного следа добрался и до Беларуси. Компания BREMOR вложила более $16 млн в экологичное производство и альтернативные источники энергии. Запуск логистического и холодильного комплексов на природных хладагентах позволил ей почти полностью отказаться от вредного для земной атмосферы фреона, а солнечная станция на крыше склада – снизить потребление внешней электроэнергии. Главный инженер компании Игорь Млынчик рассказал о производстве будущего, сходстве с Норвегией и разумном балансе интересов бизнеса и природы.
Крупные производства в развитых странах внедряют энергосберегающие технологии и альтернативные источники энергии. Каким путем идете вы?
– Мы идем тем же путем, что и другие мировые производители продуктов питания. И ведет он к максимальной экологичности и энергоэффективности. На сегодня энергообеспечение предприятия в Бресте соответствует мировым тенденциям. В свое время у меня была возможность познакомиться с тем, как работают компании в Норвегии, в том числе при получении промышленного холода. Могу с уверенностью сказать, что мы идем в ногу с ними, а местами – даже на шаг впереди.
Норвегия выступает для вас ориентиром?
– Норвегия для многих является ориентиром. Несмотря на то, что свое богатство она заработала на энергоресурсах, внутри страны распространены экофрендли-производства. Также нашу компанию роднит с Норвегией наличие в этой стране крупных предприятий по переработке красной рыбы, сельди. И большую роль в их работе играют энергосберегающие технологии и забота об экологии.
Может ли сегодня производство быть с нулевыми выбросами?
– Тут не все так просто. В настоящее время три четверти выбросов парниковых газов в мире приходится на энергетический сектор. И только 30% мировой электроэнергии дают возобновляемые источники, тогда как остальные 70% – сжигание газа, угля и других углеводородов. Так что производство, которое закупает электроэнергию, уже не может быть полностью экологичным. Это если говорить начистоту.
При этом даже использование возобновляемых источников энергии имеет обратную сторону. Им тоже присуще отрицательное воздействие на окружающую среду. Например, для гидроэлектростанций часто нужно вывести земли из оборота и нарушить экосистемы, а у ветряков со временем выходят из строя лопасти, состоящие из композитных материалов. Представьте, что в 2025 году только в Европе нужно будет захоронить 25 тыс. тонн вышедших из строя «лепестков». Для солнечных панелей требуется кремний, на производство которого тратится много электроэнергии. В наших широтах солнечная панель должна производить электроэнергию примерно в течение двух лет, чтобы компенсировать электроэнергию, затраченную на ее производство.
Так что зеленая энергетика также негативно (пусть и в меньшей степени) влияет на экологию. И здесь мы видим свою миссию – найти разумный баланс между снижением воздействия на окружающую среду и экономической целесообразностью.
Получается, нулевые выбросы – это пока недостижимая мечта…
– По профессиональной оценке энергетиков, нулевые выбросы – это мечта, а разумный баланс – это реальность.
Вы построили в Бресте два объекта – логистический и холодильный комплексы на природных хладагентах. Они уже проработали какое-то время и показали себя в действии. Насколько перспективными они вам кажутся сегодня?
– Практически все поставленные цели были достигнуты. Первая – снижение выбросов парниковых газов в атмосферу. За прошедший год при внедрении холодильного комплекса мы вывели из эксплуатации 13,5 тонны вредных для атмосферы хладагентов. И тем самым снизили выбросы парниковых газов примерно на 2,7 тыс. тонн в год (в экв. СО2). Это очень большая цифра.
Вторая цель – это экономия энергоресурсов. В Беларуси до ввода атомной электростанции 90% электроэнергии производилось за счет сжигания газа. Если мы экономим электроэнергию, то автоматически снижаем выбросы парниковых газов. В нашем случае это еще 1,5 тыс. тонн парниковых газов в год (в экв. СО2). Суммарно выходит 4,2 тыс. тонн парниковых газов в год, не поступивших в атмосферу.
А что насчет экономии: насколько эффективным оказался холодильный комплекс на природных хладагентах?
– Комплекс создавали для того, чтобы обеспечить промышленным холодом три цеха. На сегодня один из них работает только с комплексом. В результате в прошлом году мы сэкономили более 7 млн кВт*ч электроэнергии. Если перевести в деньги, то это порядка 1,7 млн рублей. В этом году будет еще больше.
Выходит, проекты, связанные с заботой об экологии, окупаются?
– Безусловно, это еще и эффективно для экономики. Но надо учитывать, что холодильные комплексы требуют серьезных инвестиций, что отчасти сдерживает повсеместный переход на природные хладагенты.
Ко всем хладагентам предъявляются определенные требования: экологические, термодинамические, энергетические и экономические. Вообще хладагентов, которые соответствуют им всем одновременно, не существует в природе. У каждого есть плюсы и минусы. Тот же аммиак при определенной концентрации может быть небезопасен для персонала, плюс есть сложности с эксплуатацией. Поэтому так важны правильные технические решения.
Наш опыт показал, что переход на природные хладагенты дает и экономические выгоды. Сроки окупаемости таких проектов составляют порядка пяти лет.
Когда строили холодильный комплекс, мы также планировали на втором этапе организовать рекуперацию тепла. Теперь мы к нему приступили, и все тепло, которое появляется за счет работы холодильного комплекса, будет собираться и направляться на горячее водоснабжение. Планируем завершить работы в 2024 году.
Каким вы видите дальнейшее развитие темы природных хладагентов?
– Сейчас доля природных хладагентов при получении промышленного холода у нас составляет 92%. Это очень высокий показатель. Мы, конечно же, будем соответствовать новым требованиям законодательства о сокращении объемов использования гидрофторуглеродов. Более того, уже вплотную приблизились к нормативным показателям, которые начнут действовать только с 2032 года. Можно сказать, мы почти на 10 лет опередили будущее.
После реализации экопроекта к вам кто-то обращался за советом или помощью? Рынок готов поддержать тренд?
– Безусловно. Вместе с Комитетом по энергоэффективности мы провели экскурсию для представителей заинтересованных предприятий со всей страны, что привлекло повышенное внимание. Сейчас многие звонят, спрашивают, просят поделиться опытом. Среди них – Брестский мясокомбинат и предприятия из СЭЗ «Витебск». Мы, собственно, ничего не скрываем и всегда готовы помочь коллегам.
Хотя для нас это уже пройденный этап. Мы думаем о будущем, как стать еще более эффективными и экологичными.
Недавно BREMOR также установила солнечную электростанцию на крыше склада. И многие отнеслись скептически, мол, сколько того солнца в Беларуси…
– Солнечную энергетику мы начали развивать с небольшой установки – всего на 410 Вт. Посмотрели, насколько она эффективна, и вторым этапом обустроили станцию на 209 кВт на крыше одного из своих зданий. В 2024 году планируем сделать то же самое на крыше холодильного комплекса. Это еще порядка 700 кВт солнечной энергии.
Всего компания собирается производить 1 млн кВт электроэнергии в год. Для сравнения: этого хватит для того, чтобы обеспечить электроэнергией 350 индивидуальных жилых домов.
И насколько это выгодно?
– Государство стимулирует создание возобновляемых источников энергии за счет компенсации налога на выброс. Срок окупаемости проектов составляет около трех с половиной лет. Есть еще один интересный момент. Так как мы производим продукты питания, то у нас существует «обратная сезонность»: потребление энергии растет не зимой, а летом (где-то на 40%). А солнечные электростанции как раз летом и выходят на пиковые мощности. Так что нам это направление выгодно вдвойне.
Насколько в работе бизнеса по сохранению окружающей среды превалируют коммерческие интересы по экономии ресурсов и денег?
– Сохранение окружающей среды является чрезвычайно важным и для страны, и для всей планеты. Мы считаем, что те шаги, которые предпринимаем, играют важную роль в предотвращении изменения климата, сохранении биоразнообразия и обеспечении жизнеспособности экосистем.
Важно принимать меры для сохранения окружающей среды. Причин для этого множество. Первая – это изменение климата. Глобальное потепление представляет угрозу для жизни на Земле. Сокращение выбросов парниковых газов может замедлить процесс и предотвратить негативные последствия. Наш собственный вклад – это минус 4,2 тыс. тонн парниковых газов в год (в экв. СО2). Тех, которые уже никогда не поступят в атмосферу. Мы должны заботиться о доме, в котором живем.
Вторая причина – это здоровье человека. Чистота воздуха, воды, почвы влияет на человека. Загрязнение окружающей среды может вызвать серьезные заболевания и ухудшить качество жизни. Соответственно забота об экологии и рациональное использование природных ресурсов имеют прямое влияние на человека, бизнес, общество и экономику.
Третьим фактором выступает то, что экологические практики способствуют снижению расходов на энергию и сырье, а также сокращению отходов. Это приводит к увеличению прибыли и конкурентоспособности бизнеса.
Еще один важный аспект – управление рисками. Природные катастрофы, связанные с изменением климата и экологическими проблемами, могут представлять серьезные риски для бизнеса. Инвестиции в экологическую устойчивость помогают ими управлять.
Кроме того, и сам потребитель диктует правила. Все больше людей выбирают продукты тех компаний, которые заботятся об окружающей среде. Eco-friendly-бренды имеют больше шансов на рыночный успех. Так что ответственное отношение к природе – это не только этично, но и стратегически верно.
Каким вы видите будущее энергетики и производства? Станут ли они когда-нибудь полностью «зелеными»?
– Как я уже говорил, энергетики с нулевыми выбросами на сегодня не существует от слова «совсем». Не только у нас – во всем мире. Поэтому нужно придерживаться баланса. Даже возобновляемая энергетика вовсе не безобидна. Так что пока мне сложно представить производство или энергокомплекс с полностью нулевым воздействием на окружающую среду. Но я вижу разумный баланс интересов экономики и экологии. К нему и стремимся.