Sputnik запускает серию материалов о сиротах, в которых расскажет, как они после выхода из детских домов адаптировались ко взрослой жизни и что им помогло не пойти по стопам своих родителей.
Большинство выпускников детских домов сложно адаптируются к самостоятельной жизни. Покинув социальное учреждение, некоторые, привыкшие к постоянному контролю и опеке, начинают пить, не платят коммуналку за полученную от государства квартиру, совершают преступления.
Как итог – судьбы летят под откос. Но есть и другие истории, похожие на сказку со счастливым концом.
Юле Желанниковой было 10 лет, когда ее с младшей сестрой забрали из семьи. Мать девочки пила, а родного отца Юлия и вовсе не знает. Несмотря на все лишения она еще в раннем возрасте решила, что в ее жизни все должно быть по-другому.
Своей историей борисовчанка поделилась с корреспондентом Sputnik Екатериной Воробьевой.
Юля родилась в Борисове, но до первого класса жила у бабушки в деревне. Родной матери было не до ребенка: домой постоянно приходили мамины "друзья", которые пили до умопомрачения.
"Мама родила меня от непонятного мужчины и оставила бабушке. Я своего отца даже не знаю. Потом от следующего мужчины она родила мою сестру и так же отвезла ее к бабушке", – рассказывает Юля.
Когда пришло время идти в школу, Юля вместе с сестрой вернулась в родительский дом. На тот момент мама жила с очередным сожителем, от которого впоследствии родила третью дочь.
Новый избранник не злоупотреблял алкоголем, некоторое время мать тоже держалась, вскоре снова ушла в запой, подсадив на это дело и своего мужчину.
"Они пили, гуляли, дрались. Когда отчим уходил на работу, к маме приходили какие-то мужчины и они вместе пьянствовали. Помню, я лежала под одеялом и закрывала уши, чтобы хоть как-то выспаться. Утром мне нужно было идти в школу, а перед этим отвести младшую сестру в детский сад", – делится борисовчанка.
Ситуация дома усугубилась, когда Юля закончила третий класс. Мать не выходила из запоев, соседи жаловались на шум и вызывали милицию. Несколько раз девочкам, напуганным происходящим, тоже приходилось звонить правоохранителям. Жить в таких условиях становилось невыносимо.
Органы опеки лишили нерадивую мать родительских прав, когда женщину уволили с работы. В итоге Юлю и среднюю сестру отправили в детский дом, а младшая Таня осталась жить со своим родным отцом в квартире. Однако сестры не знали всей правды – бабушка сказала, что они поедут отдыхать в детский лагерь.
"Я за три класса ни разу не была в детском лагере, но очень мечтала о нем. Когда маму лишили родительских прав, бабушка нас готовила к тому, что мы поедем в лагерь в начале учебного года. Тогда мы не понимали, какой лагерь может быть в сентябре. Я все лето ждала этого события, складывала наряды и была такой счастливой", – рассказывает Юля.
Девочек определили в детский дом в поселке Холопеничи Крупского района. Как только сестры открыли калитку и переступили порог учреждения, к ним навстречу кинулась толпа ребятишек. Юлю поразило, что все они были с короткими волосами.
"Нас с сестрой отправили в здравпункт проверить животики и волосы. И вот там начался ад. Нам все посмотрели, после чего говорят: "А теперь, чтобы мы вас приняли, вам надо постричься. Такой закон". За секунду все мое счастье пропало и полились слезы, ведь у меня были длиннющие косы и красивый пробор", – откровенничает собеседница.
Никакие просьбы десятилетней девочки не лишать ее самого дорогого не подействовали. После стрижки Юля три дня рыдала и хотела, чтобы бабушка забрала ее обратно домой.
Постепенно девочка смирилась со своей новой прической и начала осваиваться в детском доме. Сложнее всего было привыкнуть к питанию по графику. Из-за этого Юле постоянно хотелось есть, она даже решила, что станет поваром, когда вырастет. Но все же иногда от добрых воспитателей перепадал дополнительный паек.
"Когда был август-сентябрь, наша воспитательница Лидия Ивановна приносила в нашу группу чаны отварной кукурузы. Она нам ее сама варила, и мы ее так боготворили за это", – говорит Юля.
После окончания девяти классов Юля оставила свою детскую мечту стать поваром и за компанию с подружкой пошла учиться на продавца. Уже на первом курсе она поняла, что ей совсем не нравится выбранная профессия, но решила доучиться и получить "корочку" об образовании.
Во время учебы в училище на Юлю накатывал страх того, где она будет жить после выпуска, когда не станет общежития. О возможности претендовать на квартиру ей рассказала куратор, она же подсказала, какие документы нужно собрать. Также педагоги помогли освоить финансовую грамоту.
"На первом курсе наш мастер по ведомостям выдавала сиротам стипендию. Она давала сумму частями, и мы ей должны были отчитываться – приносить чеки. Конечно, мы внутренне возмущались, мол, как нам не дают наши деньги. Но потом, спустя где-то полгода, такого уже не было и те, в ком она была уверена, всю сумму получали сразу", – отметила собеседница.
Юля долгое время стеснялась, что выросла в детском доме. Скрасить этот факт своей биографии она пыталась тем, что покупала красивую одежду.
"Когда я уходила из детского дома, для меня было принципиальным то, что я не должна отличаться от других и даже должна быть лучше. Я получала стипендию и первым делом шла на рынок. Там я одевалась, всегда красиво и нарядно. Даже мастерица мне говорила: "Аскерко (девичья фамилия Юлии – Sputnik), ты ходишь поприличнее, чем многие", – улыбается борисовчанка.
Со стипендии Юлия оставляла деньги на жвачки и чупа-чупсы – в то время это было модно, покупала также ролтон и сосиски – на "черный день".
В конце последнего курса Юля поругалась с мастером, поэтому ей самой пришлось искать первое рабочее место. Девушка трудоустроилась на хрустальный завод в Борисове только для того, чтобы решить жилищный вопрос – предприятие предоставляло общежитие.
"Я пришла на мойку, мыла хрустальные бокалы. Изначально не знала, что буду этим заниматься. Помню, как начальнику говорила: "Я посуду мыть не буду". Потом стажировалась на алмазчика – меня научили вырезать рисунки на бокалах", – вспоминает Юля.
В общежитии девушка познакомилась со своим будущим мужем. Они встречались всего несколько месяцев и решили пожениться. После свадьбы встал вопрос: как им, не имея большого капитала и богатой родни, построить квартиру. Тем более, что места в общежитии было уже недостаточно – вскоре после свадьбы у пары появилась дочь.
"Мы жили в общежитии и вступили в льготный кооператив. Тогда каким-то чудесным образом вышел закон о том, что мы можем претендовать на земельный участок. Сперва я не поверила, что такое вообще возможно, а потом поняла, что мы не потянем строить дом", – рассказала Юля.
На строительстве дома настоял муж Юли, успокоив жену словами "не переживай, что-нибудь да придумаем". Земельный участок семья получила бесплатно. Половину стоимости дома тоже погасило государство, а на оставшуюся сумму супруги взяли кредит.
"Я получала 250 тысяч рублей (до деноминации – Sputnik), муж – 300 тысяч. Всего у нас было 550 тысяч, а кредита нужно было заплатить 500 тысяч. Я тогда думала, как мы вообще жить будем на эти оставшиеся 50 тысяч. Но потом все как-то пошло само собой: муж уволился с одной работы, пошел на вторую, третью, а потом и вовсе начал ездить на заработки в Россию", – делится собеседница.
На тот момент Юля находилась в декрете. Однако семейная ситуация не позволяла ей расслабиться, девушка подыскивала варианты заработка. Когда дочери исполнился год и девять месяцев (позже в семье появился второй ребенок – Sputnik), она пошла работать охранником в магазин. На новом месте Юле приходилось работать по 14 часов. К концу смены невыносимо болели ноги, но она была готова терпеть это ради строительства дома.
Сегодня Юля пьет кофе с корреспондентом Sputnik в своем просторном красивом доме. За беседой женщина признается, что ей до сих пор не верится, что этот дом принадлежит их семье. Кстати, муж Юли построил его сам. На это ушло шесть лет и еще почти столько же там велись ремонтные работы.
На первом этаже – личный косметический кабинет: Юля сменила работу охранника на свое дело. Теперь свое дело приносит не только хороший заработок, но и удовольствие.
У детей Юли – 15-летней Насти и 9-летнего Богдана есть все, чего не было у в детстве у нее самой – хороший телефон, компьютер, дорогие кроссовки. Однако одного детям все же не хватает – внимания бабушки.
"Как-то дочь у меня спросила, почему у нее вроде есть две бабушки, но по факту – ни одной. Я ей объяснила, что так бывает в жизни и успокоила, что зато у ее детей будут прекрасные бабушка и дедушка. У меня нет обиды на свою мать – она для меня чужая тетка, но я никак не могу понять, почему у нее нет чувств к внукам. Человеку уже за 60 лет, она бросила пить, но будто так и осталась в том возрасте, когда беспросветно пила", – заключила Юля.