Одним из проявлений живости славянского ума можно считать неутомимую меткость воображения в процессе придумывания ближнему своему клички или прозвища. Часто это такая меткая характеристика, что не требуется автобиографию спрашивать. Но бывает и так: именование «среди своих» требует отдельного разъяснения. Так было с одним нашим человеком, который отправился отбывать арест в Барановичи, снабженный погонялом Холодильник, пишет «Вечерний Брест».

В обыденном мире звался он Николаем и похож внешне не на хладнокровного норвежца или хотя бы эстонца. Нет, Николая, скорее, можно было принять за молдаванина или, на худой конец, кубанского казака, подрабатывающего в знойной степи пастухом, то есть смуглый брюнет, оснащенный черными усами. В полном соответствии с генотипом Николай активно примерял на себя роль соблазнителя, хотя был женат и о разводе не помышлял. Жена его Вера некоторое время пыталась бороться с романтическим хобби мужа. Но общеизвестная истина, неустанно повторяемая семейными психологами, гласит: первые трещины даже в гармоничном браке возникают тогда, когда один из супругов пытается переделать то, что некогда пошло с ним под венец. На Полесье по этому поводу есть поговорка: бачилы очи, що купувалы…

Николай зарабатывал не очень много, к тому же немалая часть заработков уходила на хобби, замаскированные под рыбалки и бани. Те же психологи утверждают, что и размолвки между супругами возникают чаще всего из-за финансового положения семьи и реже всего заканчиваются радостным примирением. В нашей ситуации все получилось по классической схеме – поздней осенью Николай был выставлен за двери квартиры с небольшой дорожной сумочкой, с подобными мужики обычно ходят в баню. Коля смирился. Веру он немного побаивался, да и понимал, что виноват перед ней. Жил у своих родителей. Однако вскоре выяснилось, что некоторые вещи, нужные ему для работы, остались в квартире с Верой. Попытки наладить дипломатические отношения с бывшей женой не привели к успеху – Вера выбросила его из своей жизни, как выпитую бутыль. Ключей от квартиры у Николая уже не было, но дверь была простенькая, без наворотов, а Коля – какой-никакой, но слесарь.

Он довольно быстро взломал замок своего бывшего жилища и вошел. Однако его появление в доме не осталось незамеченным. Соседи, с которыми Николай еще совсем недавно здоровался и беседовал о погоде и видах на урожай, заметили его и отметили, что возвратился Верин муж как-то неправильно. Не по-людски. Вера была на работе. Кто-то из соседей позвонил, сообщил о странном возвращении блудного мужа. Та поблагодарила соседа за бдительность, а сама позвонила в милицию и анонимно сообщила, что в квартиру такую-то незаконно забрался неизвестный.

Собирая вещички, Николай нет-нет да и посматривал в окно. Этаж девятый, но окна во двор, обзор хороший. В какой-то момент он увидел, как во двор въехал автомобиль милиции, из него вышли два стража порядка и стали говорить с жильцами дома. Николай ситуацию оценил правильно, однако дальнейшие действия с логикой согласовал плохо. Он решил спрятаться: мол, милиция походит по квартире, не обнаружит никого и уйдет, а за нею, чуть погодя, и он. Но где спрятаться? Тем более времени в обрез. Под диван не влезть. В шкаф – найдут, да и смешно у своей, хоть и бывшей, в мебели отсиживаться. Холодильник! Не «Розенлёв», но достаточно объемный. Продуктов в бытовом приборе оказалось не очень много. Их Николай выставил на кухонный стол, туда же полки. Отключил аппарат от сети и залез внутрь. Надеялся остаточный холод перетерпеть.

Сотрудники милиции, опытный и начинающий, лейтенант и прапорщик, удивились, не обнаружив в жилище незваного гостя, но дверь-то взломана. Как и предполагал Николай, сотрудники посмотрели и под диваном, заглянули в платяной шкаф – кроме платьев Веры ничего не обнаружили. Лейтенант стал изучать кухню. Обратил внимание и на холодильник. Большой агрегат, а продукты, требующие специальных условий хранения, – на столе. Потрогал он банки – холодные. Еще раз осмотрел холодильник, увидел, что выключен. Догадался. Изо всех сил толкнул прибор, рассчитывая вытряхнуть из нутра «недозволенное» вложение. Не рассчитал немного своих сил – прибор грохнулся на пол, а из него вывалился и незваный муж.

За незаконное проникновение в жилище суд приговорил ранее не судимого Николая к шести месяцам ареста. Сокамерники в следственном изоляторе по мотивам этой истории дали ему кличку Холодильник, или сокращенно – Холод.

В этой связи вспомнился один знакомый – розовый упитанный весельчак, которого в кругу друзей звали Фанера. Почему? В один прекрасный день мне объяснили. Когда-то весельчак работал на мебельном производстве. Для домашних нужд ему очень нужен был лист фанеры размером два на два метра. Как вынести через проходную? Весельчак берет кусочек фанеры размером с лист из альбома для рисования, идет с ним к руководителю. Можно мне такую фанерку домой забрать? – Да пожалуйста! – А вы напишите записку вахтеру, что можно… Начальник быстро черкнул на бланке нужные весельчаку слова. Тот в конце смены с запиской и с большим листом этой самой фанеры беспрепятственно покинул территорию фабрики. С тех пор и стал называться Фанерой. Вот она, советская смекалка!