По следам одного обелиска. Почему война в Бресте не закончилась в мае 45-го

19.05.2019 03:55
История

Для кого-то памятники и обелиски - лишь нагромождение бетона, не несущее смысловой нагрузки. Принято считать, что память - понятие универсальное, всеобъемлющее, оно не может быть закристаллизовано в некой конструкции, пусть даже выдающейся с художественной точки зрения. И все же... Человеческий мозг так устроен, что гораздо лучше готов воспринимать те или иные факты из истории, когда видит перед собой некий знак - материальное воплощение героического поступка, трагической развязки, пишет Вечерний Брест.

Так уж сложилось: сколько людей Беларусь потеряла в последней войне, по-видимому, мы никогда точно не узнаем. Лишь памятники и обелиски будут служить напоминанием о той страшной участи, что постигла наших предков в середине прошлого столетия. Один из них стоит уже более 70 лет на небольшом островке посреди Мухавца, рядом с гидроузлом. Сейчас это улица Шлюзовая, что находится в черте города, недалеко от Ледового дворца и Легкоатлетического манежа. В далеком сорок четвертом то была окраина деревни Тришин. Вокруг обелиска, установленного здесь, могилы пятерых человек, которые не совершили ничего героического, на первый взгляд, просто делали свою работу. Мирную, созидательную, на освобожденной от оккупантов территории БССР.

Впрочем, война для многих жителей юго-западной Беларуси отнюдь не закончилась в июле 1944-го и даже в мае 1945-го... Здесь, на Брестчине, тогда переплелись судьбы жителей нашего края, кого не пощадил большевистский каток, и уроженцев других регионов огромной страны, направленных сюда по решению партии восстанавливать разрушенное войной хозяйство. В числе последних были речники, собранные со всего бывшего Союза. Они вели работы по восстановлению гидротехнических сооружений Днепровско-Бугского канала, многие из которых взорвали партизаны...

Фамилии людей, захороненных в ноябре 1944 года рядом со скромным обелиском, указывают на то, что они не из местных. Начальники отрядов Обрядин И.И., Кудыш В.Н., главный инженер строительства Шифрин Г.И., главный инженер отряда Панов Л.К., начальник охраны гидроузла Бочков И.М. Все они приехали сюда по распоряжению Наркомата речного транспорта СССР - решать проблему восстановления канала. В это время на значительной территории вдоль Днепробуга орудовали т. наз. группы сопротивления советской власти. Засылались они, как правило, с территории Украины, при этом имели частичную поддержку среди местного населения, недовольных репрессиями, раскулачиванием, насильственной коллективизацией. Действовали, как правило, крайне дерзко и жестоко. Нападали, зачастую ночью, не только на коммунистов и представителей властей, но и руководителей, специалистов колхозов, предприятий, жителей деревень, сочувствующих Советам. Беспощадно расправляясь с ними и членами их семей. Особую активность проявляли эти «борцы с режимом» на Полесье, которое в среде украинских националистов считали территорией «незалежной» Украины. Местные называли их «бульбовцами» или «бульбашами». Трагические события того времени легли в основу романа нашего земляка Пилипа Пестрака «Средибор».

Итак, жестокая война, малоизвестная широкой общественности, продолжалась вплоть до начала 50-х годов. В ее жернова попали и те, кто не по своей воле оказался в наших краях, выполняя задачу своего руководства. Их последователи Боровца и Шухевича также считали пособниками большевиков, а значит, подлежащими уничтожению...

В ноябре 1944-го речники остановились на постой в деревне Овзичи Ивановского района, где расположен один из шлюзов. Как-то, изучая эту тему в тех местах, я разговаривал с местными жителями по поводу УПА. Ни одного хорошего слова в адрес этой организации и ее методов я от них не услышал. «Хуже фашистов» - так они, как правило, отзывались о «борцах за свободу». Сколько безвинно загубленных жизней добавили эти «мстители Полесья» в копилку жертв Второй мировой. Очевидно, пали от их пуль и пятеро речников-строителей, которых похоронили с почестями на маленьком островке, омываемом водами Мухавца. Среди них был и мой родной дед - Леонид Корнеевич Панов. К сожалению, мне о нем известно не так много. Знаю по рассказам бабушки, что родился он в Днепропетровской области, там же работал в речном хозяйстве. С началом войны и немецкой оккупации их бригаду перебросили в Томскую область (специалисты такого уровня в то время ценились). А вскоре после освобождения СССР от фашистов Леонида Корнеевича в составе военно-восстановительного отряда (ВВО) направили в Западную Беларусь, помогать восстановлению Днепробуга. Кстати, сам канал удалось вернуть в строй достаточно быстро. Уже в июле 1945-го по нему пошли суда. К сожалению, Леонид Панов до этого не дожил. В момент гибели ему было всего 32 года.

Автор: Борис Павловский
Только полноправные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.
Комментариев: 1
Либри
Спасибо! Побольше бы таких статей.
19.05.2019 13:47
Популярные новости
Больше новостей