Как бы это странно ни звучало, наличие подвигов на стороне, помимо удовольствия, может приносить немало внутренней боли и желание поскорее это все закончить. Но как бы мужчина ни старался, у него не получается стать моногамным партнером для своей женщины. Время от времени такой мужчина срывается и тайно пускается во все тяжкие с новой избранницей. "АиФ" обратился к психологу, автору методики «Так-И-Да-трансформация» Александру Некрасову, чтобы разобраться в предрасположенности некоторых мужчин систематически «ходить налево» и заодно узнать секрет, как покончить с этой привычкой.
Жена и любовница всегда чем-то отличаются друг от друга. Если бы они были одинаковыми, зачем бы нужна была вторая? Как правило, другая женщина — это не про то, что отношения сходят на нет, а про то, что в них чего-то не хватает, и, по мнению мужчины, в семье это невозможно получить. Если попробовать разобраться, почему мужчина одновременно выстраивает отношения с женой и любовницей, то можно найти много причин. Давайте рассмотрим наиболее распространенную из них, благодаря которой станет понятно, как это становится возможным.
Нет ничего необычного в том, что абсолютно каждому ребенку необходима забота и любовь значимых для него взрослых. Представьте себе абстрактного мальчика, который, как и все, нуждается в заботе своей мамы. Помимо потребности в мамином внимании, мальчик захвачен внутренней витальной энергией. Ему все интересно, все хочется попробовать и везде залезть. Он прыгает, бегает, падает, возможно, случайно ранит себя или нечаянно/специально что-то разбивает. Собственно, так поступает большинство детей, реализуя наиважнейшую функцию детства — получение собственного представления об окружающем мире.
Но предположим, что именно у этого мальчика мама все время огорчается, ругает его, наказывает, ставит в угол или перестает с ним общаться, потому что она переживает за него или за важные предметы, которые ее сын ненароком уничтожает. Останавливая сына и запрещая ему то, на что толкает его внутренняя энергия интереса, мама пытается воспитать из мальчика «правильного» мужчину. И с частью мальчиков именно так и происходит. Только при этом мальчик, чтобы сдержать свою природную энергию, бессознательно делает вывод, что при маме нужно быть «хорошим», послушным и нельзя быть активным и шумным. Иначе она огорчится и лишит его своей любви, внимания и заботы — то, что для любого ребенка бесконечно важно.
Так отношения между мальчиком и мамой постепенно перестают быть искренними, из них уходит суть, и они становятся все более и более формальными. Вырастая в подростка, у парня может быть большая история с драками, алкоголем, рисками, но он постарается сделать так, чтобы мама об этом ничего не узнала. Как правило, в таких семьях иллюзия «у нас все хорошо» поддерживается с двух сторон: с одной стороны, подросток старается не огорчать маму, а с другой — мама и сама с удовольствием верит в то, у нее хороший, правильный сын. Дальше парень становится мужчиной, в психике у которого за долгие годы сформировалось два параллельных мира, два пространства.
Первый мир — это пространство семьи, ассоциирующееся у мужчины с правильной значимой женской фигурой (мамой), в которую заложена верность и забота. Которая приятна — а значит, любима, и которую страшно потерять. Поэтому с ней невозможно быть искренним и естественным в своих желаниях и потребностях, быть настоящим собой. В этом мире приходится себя сдерживать и притворяться. Быть кем-то, а не собой.
Второй мир — это пространство, где можно быть собой, быть искренним, быть героем, отправляться в любые приключения, следуя за собственным возбуждением и своими желаниями. Но в нем нет значимой женской фигуры (мамы), и именно благодаря ее отсутствию все это становится возможным.
Ребенок появляется на свет с естественными реакциями и проявлениями. Функциональность в отношения с ним всегда привносит значимый взрослый. Как правило, это мама: «Мне неважно, чего хочешь ты. Важно только то, что я хочу видеть тебя хорошим мальчиком. А плохой мальчик будет стоять в углу». Мама либо разрешает своему сыну быть рядом с ней самим собой, рассказывать о своих желаниях, приключениях, фантазиях, либо запрещает, угрожая отстранением и своей холодностью. Если у мальчика в детстве был опыт душевной близости с мамой, то во взрослом возрасте он будет искать похожую женщину себе в жены, и ему не нужна будет любовница. Даже если вдруг так случится, что он влюбится в другую, то сможет поговорить об этом с женой. Они либо разойдутся, либо вместе пройдут этот квест и смогут сохранить близость в отношениях, потому что и у него, и у нее когда-то был опыт принятия их родителями в самых непростых ситуациях.
Если мама не принимала своего сына полностью, то он как по шаблону может создать такую же формальную семью, в которой будет формальная жена. Ее мужчина «любит», потому что когда-то он любил такую же маму. Но в то же время у него может появиться любовница, которая позволяет ему соприкасаться со своей витальностью. И ее он тоже «любит», потому что он любит жизнь и развитие внутри себя. У такого мужчины одно пространство про него самого, а второе про значимую женщину и отношения с ней.
Для него уйти от жены, в некотором бессознательном смысле, как вернувшись в детство, уйти от мамы, потеряв ее одобрение, любовь и заботу. Как правило, в таких браках жены отыгрывают очень похожий образ мамы своего мужа: они холодные, строгие, и мужчина не может говорить с ними о своих глубинных переживаниях и потребностях. С любовницей же дело обстоит ровно наоборот. С ней он может быть собой и общаться обо всем на свете. Но беда в том, что значимой женщиной остается та, которая ассоциируется у мужчины с мамой и семьей.
Как ни странно, эти два параллельных мира не делают мужчину счастливым. Время от времени мужчина пытается сделать выбор то в пользу жены, то в пользу любовницы. Но лишая себя чего-то одного, он лишает себя возможности реализовывать сложившиеся в нем два пространства. Оказавшись с любовницей, он чувствует необходимость в наличии значимой женщины, где он правильный, настоящий мужчина. Оказавшись с женой, он лишает себя огромного куска своей энергии и потому чувствует смертную скуку, где так и хочется сказать: «Мама, а можно я пойду к друзьям, во двор погуляю?» И поскольку психика имеет естественное стремление к целостности, то, мотаясь между этими двумя пространствами, такой мужчина нередко чувствует себя не целостным, а как бы раздираемым изнутри.
Если посмотреть глубже на то, что происходит, то в некотором роде мужчина сам ограничивает свои проявления перед своей женой. Он сам ей показывает только одну свою часть — часть «правильного» мужчины. Это говорит о том, что он сам не принимает или даже стыдится предъявлять всего себя своей жене под влиянием собственных фантазий о том, что она не примет и отвергнет его. Выбирая себе жену, он неосознанно выбрал ту, правильную и значимую женщину, которая олицетворяет для него образ семьи и образ хорошей матери, а следовательно, будет поддерживать его картину мира: «Ты у меня хороший и порядочный. Ничего другого я знать не хочу». И если женщина не умеет раскрываться и принимать душевную близость другого, а предпочитает жить в идеальном мире, то она будет поддерживать формальность отношений, не желая видеть происходящее. Она идеально подойдет под поставленную задачу.
К сожалению, это всего лишь свидетельствует о том, что и у женщины в детстве тоже не было близости со значимым взрослым, вероятно, с папой. Во взрослом возрасте всего лишь встретились два «ученых» человека в одной формальной паре. За каждым из них стоит своя история, в которой не стоит искать виноватых.
Чисто технически — можно выбрать либо жену, либо любовницу. Но вопрос в другом: хорошо ли будет мужчине с этим выбором? Сможет ли он так жить или вместо одной из женщин он выберет экстремальные виды спорта, игровую зависимость, психосоматические проявления?
По большому счету, пример про маму — это всего лишь один из вариантов того, что могло послужить причиной в необходимости во второй женщине. Но чтобы начать разбираться в конкретной своей истории, можно самостоятельно задать себе вопросы:
Что я нахожу и получаю с одной и со второй женщиной?
Как я принял решение, что мне необходимо что-то еще, а со своей женой я не могу это получить?
Если мужчина ответит, что с женой у него любовь, а с любовницей романтика, близость и секс, то чтобы это объединить в жизни, придется сначала это соединить в своей голове. А для этого, в свою очередь, придется научиться всегда быть самим собой, быть честным, не притворяться. Тогда не нужно будет второе пространство, чтобы быть в нем настоящим.
Конечно, в жизни все гораздо сложнее, чем описано выше. Но на этом примере можно увидеть то, почему так происходит. Как формируется искажение восприятия взаимоотношений и как оно поддерживается обоими супругами. Как правило, такая деформация достаточно глубинная. Чтобы ее уменьшить, необходимо провести большую работу, в том числе дойти до завершения внутри психики детских отношений с материнской фигурой.