Многие жители нашей страны, однако, до сих пор переводят цены «на старые деньги». И видя меняющиеся на ценниках цифры, чувствуют себя, мягко говоря, не в зоне комфорта. Мы попытались сравнить цены на основные товары 1 июля 2016 года и сейчас. Причем сравнивать будем не по средним значениям, которые ежемесячно приводит Белстат, а по чекам из брестских магазинов и с рынков. Для чистоты сравнения брали одни и те же товары в одних и тех же торговых точках. С упором на продовольственную группу. Ведь доля продуктов питания в общей корзине расходов среднего брестчанина за последние пять лет выросла. Сегодня многие тратят на потребности желудка половину своего бюджета. Добавьте в эту «корзину» расходы на жилищно-коммунальные услуги. Судя по чекам (см. таблицу), больше всего подорожала «молочка», яйца, а также фрукты, овощи и зелень. Возможно, из-за того, что спрос на витаминную продукцию из года в год растет, пишет «Вечерний Брест».
А может, конкуренция на рынке недостаточно высока? Стоит также обратить внимание на почти двукратный рост стоимости автомобильного топлива, несмотря на то, что нефть за эти пять лет как дорожала, так и дешевела, а стоимость барреля осталась приблизительно на том же уровне. От бензина и солярки, между прочим, во многом пляшут цены на абсолютное большинство товаров и многие услуги.
Свое мнение по этому вопросу высказал наш постоянный эксперт профессор Александр Черновалов:
«Можно выделить несколько факторов, влияющих на инфляцию. С одной стороны, цену на рынке диктуют крупные города, такие как Минск, где уровень жизни априори выше. Соответственно, производитель плодоовощной продукции из Дрогичина или Столина устремляется туда, где выше цена. С другой стороны, сказывается и психология нашего бизнеса, которому иногда хочется извлечь максимальную прибыль здесь и сейчас. Парадокс в том, что тех же огурцов или клубники море, но это товар скоропортящийся, и производитель думает так: все равно часть придется выбросить, лучше я продам какую-то часть за более высокую цену, пока есть спрос. С логистикой у нас, мягко говоря, не очень хорошо. Если европейские фермеры и производители привыкли кооперироваться и выстраивать эффективные логистические цепочки для поставок своей продукции по всему миру, то наши, в основном, действуют в одиночку. А это, в конечном итоге, обходится всегда дороже. Поэтому дело, конечно, не в деноминации. Деноминация – процесс чисто технический. Дело в том, что у нас еще до конца не сформирован цивилизованный рынок товаров и услуг, крайне недостаточно развита конкуренция даже на рынке огурцов. А по тому же бензину, например, у нас вообще с точки зрения экономических законов настоящей конкуренцией даже не пахнет. Монопольный сговор, можно сказать».
После деноминации цены в Беларуси, по информации официальной статистики, выросли в целом примерно на 25%. Но, считая инфляцию по стране, Белстат берет данные по сотням видов товаров. Одни могут дорожать в несколько раз, а другие – дешеветь. Потребитель же, как правило, покупает более ограниченный набор товаров. Соответственно, его персональная инфляция может отличаться от официальной. Если в июле 2016 года на 10 рублей мы могли купить курицу, пакет молока и хлеб с батоном, то в июле 2021-го этой суммы хватит только на курицу и молоко.
По мнению нашего эксперта, делать какие-либо выводы только на основании определенной группы товаров, которые чаще оказываются в покупательской корзине, тоже неправильно.
«Человек устроен так, что замечает лишь подорожание, и будет говорить о том, как подорожала жизнь. Поэтому, если кому-то кажется, что сейчас цены растут, пусть вспомнят 2011-2012 годы, когда цены выросли почти в три раза, и порадуются, что сейчас инфляция не столь высокая. Но для того, чтобы она была еще ниже, нужно устранять те причины, о которых я говорил. Хотя, конечно, никто не исключает ценовых всплесков по отдельным группам товаров, которые могут происходить и происходят в различных регионах мира. Например, сейчас сильно дорожают стройматериалы. И вызвано это строительным бумом в США. Он, в свою очередь, связан с теми миллиардами, которые выделяет администрация Байдена на поддержку американской экономики. Хотя, казалось, в Беларуси объективных причин для роста цен на кирпич или древесину сейчас нет, эта волна докатилась и до нас. Вот он, глобальный рынок, от которого нам никуда не деться. Другой вопрос, что к этому рынку для его же развития и баланса должны подтягиваться наши доходы, что, увы, пока не наблюдается», – поясняет профессор Черновалов.
Впрочем, слушая науку, простой обыватель, как правило, проецирует многие процессы общегосударственные на содержимое своих кошельков. Месяц назад мы писали о том, что реальные доходы очень многих земляков в лучшем случае застыли на месте, а с учетом инфляции так и вовсе идут вниз на протяжении уже нескольких лет. И ничего пока что не указывает на исправление этой печальной тенденции. Если же попытаться сравнить цены и средние зарплаты сегодня и тридцать лет назад (перед распадом Советского Союза), получается и вовсе странная картина. Смотрите, например: килограмм хлеба, который тогда стоил 18-20 копеек, стаканчик мороженного (примерно столько же) подорожали почти в 10 раз (без учета всех прошедших деноминаций), литр молока (был 30 копеек) стал дороже в пять раз. Яблоки повысились в цене примерно в 10 раз. Зелень на рынках и вовсе стала дороже в десятки раз. Повторюсь, без учета деноминаций! В среднем советский человек в Бресте в то время зарабатывал 180 рублей. По нынешним меркам – 1800! Много ли нас может похвастаться хотя бы такими доходами? Не говоря уже о том, что и статьи расходов тогда и сейчас несоизмеримо разнятся? А теперь последний вопрос к размышлению: много ли найдется в мире стран, ведущих социальную политику, где за три десятилетия уровень жизни граждан как минимум не вырос? Наверное, такие есть. Но если жить в логике «Чего тебе не хватает?», то и жизнь сведется к перечню базовых вещей. И это не лучшая, как сейчас принято говорить, мотивация.