«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

21.04.2024 17:08
Транспорт

Ксения и Евгений из Гомеля некоторое время были официантами на круизных лайнерах. Но пандемия коронавируса внесла коррективы в жизнь белорусской семьи. Из-за закрытых границ ребята стали искать новые возможности заработка.

Ксения по образованию технолог деревообрабатывающих производств, а её муж — экономист, но по специальности супруги никогда не работали.

«На ум пришла необычная идея, и на следующий день я уже записывала нас в автошколу», — вспоминает Ксения и говорит, что с этого начался новый этап их жизни: его ребята проводят за рулём большегруза.

Их историю рассказывает av.by.

«Без опыта никто не хотел брать». Об учёбе и первых рейсах

— На права мы учились вместе, а потом вместе искали работу. Без опыта брать нас никто не горел желанием, но одна фирма всё же нашлась. Мы оба поехали. Нас отстажировали по две недели, а потом уже посадили вдвоём. Всему учиться пришлось самим, так как за две недели мы наловчились ездить только прямо. Сначала было тяжело: мы не знали, как решить ту или иную проблему. Советовались с более опытными коллегами.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

Вначале, вспоминает Ксения, происходило много неожиданных открытий.

— В первом рейсе мы решили пойти в магазин в Италии. Часть пути шла вдоль дороги, а обочины там не было. Мы выдвинулись, и в этот момент мимо проезжали полицейские. Они остановились и сказали, что так делать запрещено. Мы объяснили: хотим попасть в магазин, но не знаем, как это сделать иначе. Нашему удивлению не было предела: полицейские предложили нас сопроводить! Они включили маячки и ехали за нами, перекрывая полосу, пока мы бежали к магазину.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

Правда, не обошлось без инцидентов. В Греции ребят попытались ограбить.

— Нас предупреждали, что Греция — очень опасная для водителей страна, но мы не проявили достаточной осторожности. Нам нужно было прождать три дня, стояла ужасная жара, и проводить время в машине мы не собирались. Выбрали паркинг рядом с морем и остановкой, чтобы поехать в город. Два дня прошли шикарно. А на третьи сутки ночью к нам заявились воры и попытались вскрыть прицеп. Мы завели авто и таким образом вспугнули их!

«Фаворитом стала Volvo». О любимых большегрузах и организации быта в них

— Мы ездили на Mercedes-Benz Actros, на DAF разных поколений, однако фаворитом стала Volvo. На ней мы работаем последние полтора года! Места там маловато, но этот недостаток компенсируется комфортом, безопасностью и продуманностью машины. Для нас как для водителей в приоритете — хороший свет фар, удобные сиденья, спальники. А ещё много места для хранения вещей, что особенно важно для парного экипажа.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— За два с половиной года мы научились брать минимум багажа, грамотно организовывать пространство для хранения. У нас есть много сумочек, коробочек и мешочков для мелочей. Для готовки мы пользуемся портативной плиткой, мультиваркой и электрочайником! Мелкие вещи стираем в раскладном ведре, покрупнее — в стиральных машинах на паркингах. Определённых обязанностей ни за кем не закреплено. Как и в работе: стараемся всё делать поровну и помогать друг другу.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— В рейс мы берём с собой маленькую УФ-лампу, чтобы делать «ноготочки», и машинку для стрижки, так как здесь не всегда есть возможность попасть к парикмахеру. Душ принимаем на паромах, паркингах и предприятиях. Если душа нет, импровизируем: в ход идёт канистра с водой и кружка.

«Никогда не знаем, где окажемся завтра!» О графике, рабочих сменах и направлении

— Дорога, приёмка и сдача машины нам даются трудно, поэтому мы стараемся работать подольше. Два месяца в рейсе для нас мало, а четыре — многовато. Идеальный график такой: три-четыре месяца в рейсе, полтора-два — дома. Так мы успеваем почувствовать отпуск, что-то сделать дома… К тому же меньше времени и денег тратим на дорогу домой и на базу. И лучше ощущаем зарплату!

Направление у нас Европа — Скандинавия. Ездим везде. Никогда не знаем, где окажемся завтра: отправить могут куда угодно.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Рабочая смена у нас составляет 21 час и 9 часов отдыха. Меньше трудиться можно, больше — нельзя. А вот с отдыхом наоборот: больше стоять можно, меньше — нельзя. Полные смены мы вырабатываем далеко не всегда. Выходные по режиму труда и отдыха у нас должны быть каждые шесть дней. Но бывают и чаще. После трёх часов вождения мы меняемся. За рулём один водитель может провести максимум 9-10 часов за рабочую смену.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Всю работу мы делаем поровну. По чип-картам друг друга никогда не ездим. Кто за рулём, тот занимается только вождением, кто на пассажирском, тот работает снаружи или разбирается с документами. Придерживаемся позиции, что мы должны трудиться поровну для того, чтобы в случае острой необходимости без проблем справляться в одиночку.

Пропустили пункт контроля — заплатили 220 евро. О штрафах, заработке и расходах

— Полиция не раз нас штрафовала, но всегда это было по делу. Приходили взыскания за превышение скорости. В Италии мы превысили на 1,5 км/ч — пришёл штраф в 75 евро. Из Франции — €135 за 11 км/ч. Также мы получили штраф в Австрии за то, что пропустили пункт контроля (220 евро). В Норвегии нас оштрафовали на €250 за ненадлежащее состояние автомобиля, так как в нём было повреждено зеркало, но компания компенсировала нам это, а полицейские угостили вкусными пончиками!

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Наша зарплата зависит от уровня экономии топлива и может варьироваться. До её понижения каждому из нас платили примерно 2 600 евро в месяц. Сейчас же будем получать в районе €2 000. На еду мы тратим 400 евро в месяц. У нас всегда есть свежие фрукты и овощи, питаться мы стараемся разнообразно. Вредных привычек у нас нет, а в Европе очень дорого курить.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Если получается выехать на выходных в город, то мы тратим около 100 евро на поездку. Иногда удаётся устроить себе шопинг — здесь расходы не нормированы и по настроению.

«Везде есть риск быть обворованными!» Об инфраструктуре, паркингах и животных на них

— Во всех странах другие участники дорожного движения относятся с уважением или с опаской к водителям большегрузов, кроме итальянцев. Они ездят как хотят.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Нам нравятся паркинги во Франции и Италии, поскольку там есть бесплатные души, а в Финляндии бывают даже сауны! В Норвегии паркинги с волшебными видами! В большинстве стран существует проблема с местами в ночное время и риск быть обворованными, поэтому нам полюбилось скандинавское направление. В плане краж там относительно безопасно.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— В Европе дороги очень хорошие, но в Германии и Италии много ремонтов, из-за этого часто бывают пробки. В Норвегии дороги нередко узкие. Поначалу мы не могли понять, почему в такой богатой стране такие узкие трассы. А потом догадались: они выдалбливают пути в скалах. Поэтому хорошо, что дороги вообще есть.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Бывает неприятно зайти в туалет или даже открыть форточку на паркингах, потому что дико воняет. Но это вина наших коллег, которые ленятся дойти до туалета или хотя бы до травки, если его нет. Другое дело, когда общественные зоны не обслуживаются должным образом. Такое тоже бывает.

Однажды во время отдыха мы попали под град размером с персик! Машина и прицеп покрылись вмятинами, но стёкла чудом остались целыми!

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Крыс мы встречали, и не раз, но они нас не смущают, мы любим любых животных. Пусть даже и таких страшненьких. Помимо крыс, есть ещё еноты, лисы, кролики. Зверей в Европе очень много.

«Не женская это работа?» О стереотипах и трудностях дальнобоя

— Очень неприятно, когда набегает толпа помощников в то время, как я выхожу помогать мужу припарковаться, и, игнорируя меня, начинает «дирижировать». Или когда я делаю что-то снаружи, приходит коллега и говорит: «Так быть не должно! Почему муж тебя заставляет работать?» Я, как девочка, часто сталкиваюсь с приставаниями и чрезмерным интересом со стороны дальнобойщиков. Ещё очень неприятно, что многие не воспринимают женщин в данной профессии, хотя стереотип о том, будто эта работа только мужская, уже давно разрушен толпой таких же, как я.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Самая большая трудность — нестабильность. Зарплата зависит от положения дел в логистической отрасли, которое часто меняется. Так как мы парный экипаж, мы переживаем, что нас могут рассадить.

«Самая большая трудность — нестабильность». Семья из Беларуси рассказала о работе в дальнобое

— Чем мы будем заниматься, если решим уйти из дальнобоя? Пока не нашли ответ на этот вопрос, но активно думаем. Параллельно копим средства, ведь для любого начинания нужна база!