Украшения успешно продавались в США, Европе, ОАЭ. Внезапная болезнь заставила мастера поставить дело на паузу, но женщина не сдалась.
Вот уже шесть лет 38-летняя Мария Панько создает броши, которые находят своих обладательниц по всему миру и успешно продаются в европейских бутиках.
Но год назад внезапно у нее обнаружили рак желудка. Болезнь вынудила пересмотреть приоритеты: на целый год Мария выпала из ремесла, по-новому взглянула на свой бренд и занялась собой.
Как сейчас идут дела у ремесленницы и где она ищет силы, чтобы бороться с болезнью, узнала Tochka.by.
Как и многие мастера, Мария нашла новое хобби в декрете – хотелось и подзаработать, и заняться чем-то творческим. А началось все с детского набора по плетению бусинами – мама тоже увлеклась.
Первыми были украшения для волос: из ювелирной проволоки и кристаллов Мария создавала детские короны – как раз к сезону новогодних утренников. Людям понравилось. Пришли первые покупатели.
"Потом наткнулась на броши – изучала в интернете, как их делать. Купила в ближайшем магазине самые простые кристаллы, попробовала – вроде бы получается. Первые клиенты нашлись среди знакомых. И все как-то пошло довольно быстро", – говорит собеседница.
Решила пойти на платные мастер-классы – и научилась работать с кристаллами Swarovski.
Хорошие заказы принесла реклама у местного брестского блогера: сделала ей бесплатно несколько брошей и в итоге получила много клиентов – сообщения в Instagram разбирала два дня.
Очередь на заказы росла, параллельно поднималась и стоимость изделий – низкая цена, напротив, покупателей отпугивала.
Пошли и первые заказы за границу: большая отправка в США, первые европейские клиенты из Литвы, Польши, а потом брошками заинтересовалась сеть бутиков в Брюсселе.
"Мы давно сотрудничаем. Сначала пришлось прерваться на коронавирус и недавно – на мою болезнь. Но уже возобновляем наше сотрудничество", – говорит мастер.
Из-за здоровья пауза в работе длилась год: прошлой весной Мария узнала о страшном диагнозе – раке желудка.
"В декабре я несколько раз переболела – начала сдавать анализы. Мне повезло, что врач очень настойчиво проверяла, почему у меня такой низкий гемоглобин, – она отправила меня на всевозможные обследования", – вспоминает женщина.
Никаких симптомов у нее вообще не было, иногда мог желудок поболеть – все как у всех вроде бы.
"Была слабость. Но посмотришь в сети – у всех слабость, магнитные бури, все «не в ресурсе». Думала, просто подустала. Не придала значения, здоровье у меня было всегда хорошее", – говорит Маша.
Насторожиться заставил неожиданный звонок из поликлиники: слишком вежливо и очень настойчиво ее звали на прием после одного из обследований.
"Оказалось, нужно записаться к онкологу. Успокаивали, что результаты предварительные. К врачу попасть было не так просто – очереди большие. Каким-то чудом пробилась на следующий день – я бы не смогла месяц жить в подвешенном состоянии, не зная точно, есть у меня рак или нет", – вспоминает Мария.
Она понимала, что даже подозрения на такой диагноз – не на пустом месте. Но, по ее словам, переживала только первые полчаса. Затем просто не было времени раскисать. Сразу начала искать варианты, как себе помочь: занялась питанием, начала много ходить.
"Муж и дочка встретили меня после поликлиники – я же не буду при ребенке плакать и «умирать». Минут 10 понадобилось мне, чтобы все переварить. Для себя решила: ничего серьезного у меня там нет, буду лечиться", – делится Мария.
Диагноз подтвердился: первоначально ставили рак желудка второй стадии. Брестские онкологи сразу же связались с минскими коллегами – такую худую девушку (Маша весит всего 39 кг) лучше оперировать в столице.
"Меня сразу взяли в оборот – две недели на подготовку к операции. Постоянные анализы, куча обследований. Пострадать, поплакать и подумать о чем-то было некогда. Я просто ставила себе задачи и решила их", – вспоминает Маша.
Мария говорит, что она любительница аврала – такой ритм жизни ее заряжает. И в этот раз суета с подготовкой к операции не дала впасть в депрессию. Но потом было парочку неприятных сюрпризов.
"Первая лопата по голове – доктора сказали, что мне все-таки придется удалять весь желудок. Это я сейчас понимаю, что и без желудка можно нормально жить. Второй шок – я узнала, что у меня более агрессивная форма рака, которая тяжелее поддается лечению. И третье – уже во время операции выяснилось, что у меня рассев – это фактически метастазы. Операцию мне так и не провели", – говорит Маша.
Врач объяснил, что не все пациенты доходят до операции с таким метастазированием. Сказали, что шансы на полное выздоровление равны нулю, а впереди еще год более или менее нормальной жизни.
"Я подумала: вы меня плохо знаете. Дойду до операции – и мне удалят рак", – делится воспоминаниями собеседница.
Опять включился марафонский забег – сделать все необходимое, чтобы опухоль удалили. Впереди была химиотерапия – нужно было подготовиться и морально, и физически.
"Муж стриг волосы – они вылезли сразу после первой «химии». Я и к этому отнеслась нормально, главное, чтобы лечение помогало. Сначала химиотерапия проходила сносно, не было такой дикой «побочки», все началось потом", – говорит Мария.
Параллельно ходом лечения Маша делилась в соцсетях. Нашлись те, кто проходил похожий путь, – дали хорошие советы и рекомендации.
В палате на первом этапе "химии" поддержали товарищи по несчастью: где купить хороший парик, какая нужная зубная щетка, что делать при разных "побочках". Тогда Машу впервые "накрыло".
"Позвонила дочка, сказала, как скучает. Вот меня впервые и прорвало. После этого я попросила всех родных и друзей максимально огородить меня от причитаний, жалости и всего, что выбьет меня из колеи. Все же говорят, что в подобной ситуации унывать нельзя, – рак как будто «питается» нашим негативом. Это вам любой онкобольной скажет", – делится собеседница.
Фото: Павел Русак / Tochka.by
При этом Мария реалист: если бы она услышала от врачей, что ей осталась пара месяцев, она бы прожила это время "с фейерверками". А пока продолжала следовать плану: дойти до операции.
После двух курсов "химии" сделали КТ: опухоли почти не было видно, рассев исчез. Можно оперировать.
Желудок удалили. Маша говорит, что ее жизнь после такой радикальной операции практически не поменялась – разве что прием пищи теперь чаще. Но после было еще несколько курсов – вот тут, по ее словам, она узнала, что такое "побочка".
"Пять дней я просто не вылезала из ванны – меня постоянно рвало, было жутко плохо. Я набирала прохладную ванну и сутками там лежала. Ты не можешь найти пятый угол, состояние ужасное", – говорит Мария.
Практически год ремесленница не работала над заказами. Но клиенты за это время не ушли – наоборот, готовы были ждать и выстроились в очередь.
Сейчас жизнь потихоньку возвращается в прежнее русло: пока официально о ремиссии врачи не говорят, но рак удален – все чисто. Продолжается лечение, чтобы опухоль не вернулась.
А Маша снова строит планы: еще столько хочется сделать.