В прошлом году мы попросили белорусов вспомнить, какими были богатые квартиры в 2000-х. А что насчет бедных интерьеров? Какие детали выдавали не самый высокий достаток в начале века? Сегодня вспоминаем самогонные аппараты в малосемейках, пакеты, которые сушатся на балконе, коллекции из сигаретных пачек и не только.
— Я всегда хотела жить в невысоком многоквартирном доме на два-три этажа. И в моем городе как раз был небольшой район с такими домиками — почти Осмоловка местного разлива, но построена на пару десятков лет позже. — вспоминает Анна. — Но когда я говорила об этом своей маме, она не понимала моих восторгов. Говорила: «Аня, ты просто не видела эти квартиры внутри!»
Ну что ж, однажды мне все-таки удалось их увидеть. Мама была права. Там были деревянные лестницы в подъезде, а в самой квартире настолько мало места, что когда мы втроем сидели на кухне, чтобы зайти четвертому человеку, кому-то надо было или выйти, или прижаться к стене.
Про небольшие комнаты вспоминает и еще один наш собеседник.
— А что насчет спального места в кухне или коридоре? — делится воспоминаниями Герман. — У нас в моем детстве была маленькая однушка. И когда мы жили втроем с родителями, то все было в порядке. Они спали на большом раскладном диване, а я на кресле, которое раскладывалось. Но если к нам приезжала бабушка или гости с ночевкой, это всегда были танцы с бубном! Тогда стелили матрас на кухне, на которой места было не то чтобы сильно много. Может быть, эти ночлежки на кухне и стали прототипом современных студий?
— Мне кажется, что один из признаков бедности того времени — это всевозможные кресла-кровати, раскладушки и матрасы. В общем, неудобные места для сна, так как маленькие площади не позволяют поставить полноценные кровати, — говорит Маша. — У нас в семье были кресло-кровать и раскладушка. Но это было связано не с недостатком места, просто четыре поколения нашей семьи постоянно курсировали между квартирами. И нужны были места для ночлега.
Еще вспоминаю шторы, разделяющие комнату, и пакеты, которые сушились на балконе. Их стирали из-за экономии. Но они были реально крепкие, выдерживали и носку, и стирку.
Не всегда наличие чего-то в квартире говорило о небогатой жизни. Некоторые наши герои вспоминают и об отсутствии каких-то атрибутов.
— Я училась в школе в самом начале 2000-х, и у меня была одноклассница из многодетной семьи — они жили небогато, — вспоминает Марго. — И одним из таких показателей было то, что у них не было домашнего телефона. В то время в райцентре компьютеры и мобильные были мало у кого, но вот домашний телефон был обязательным атрибутом. Мы знали номера друг друга на память, созванивались — и узнать уроки, и просто поболтать с подружками. А эта одноклассница так не могла. И мне казалось: ого, нет телефона? Точно какие-то проблемы. Сейчас, когда у большинства нет домашних телефонов, звучит смешно.
— Если не было югославской секции, сервиза с хрусталем и ковра на стене, то ты нищий! — иронизирует Андрей. — А еще видика. Вот у нас его не было, и из-за этого мне казалось, что мы живем бедно.
— В бедных квартирах часто можно было встретить самогонный аппарат. И я сейчас говорю не о деревнях, а именно о городских квартирах, — делится Алексей. — Например, в малосемейках это была обычная практика — все варили самогон. И на праздники поставить на стол, и он всегда был местной валютой.
Кстати, в малосемейках, мне кажется, начинали жить многие. А если у кого-то квартира была больше однушки, то это уже воспринималось, как богатая жизнь.
Еще помню, что стиральные машины были далеко не у всех. У нас была, но какая-то совсем простая, наподобие ручной.
— Для меня показательный элемент небогатых интерьеров из 90-х — это всякие разноцветные календари и плакаты на стенах. Понятно, тогда это было в новинку, и люди пытались разбавить еще советский ремонт чем-то ярким, — размышляет Стас.
Часто такой яркости в интерьеры добавляли дети. И если плакаты висели на стенах и у американских подростков, то вот пустые пачки из-под сигарет — это чисто наша тема! Их в 90-е коллекционировали многие, и, конечно, всем хотелось как-то выставить коллекцию напоказ. Так появлялись ряды из разноцветных пачек над висящим ковром, на шкафу или за прозрачным стеклом шкафа.
Думаю, такая коллекция у современного 10-летнего ребенка, да еще и выставленная в детской комнате напоказ, вызвала бы шок у родителей. А тогда это было норм. И это я еще молчу о коллекциях пустых пивных банок…
— Не могу сказать, что это прямо показатель бедности для меня, но вспомнились деревянные шторки, которые вешали вместо дверей, — рассказывает Ирина. — У моей подружки такая шторка отделяла родительскую спальню от зала. У меня это всегда ассоциировалось с деревенским домом и визуально мне не сильно нравилось, но тактильно они были приятные и звучали как-то хорошо. Да и проходить через них было тоже как-то необычно.
Сейчас я предполагаю, что ими могли заменять двери, чтобы сэкономить.
— У меня стойкая ассоциация с бедностью конца 90-х и начала 2000-х — лакированный глянцевый пол коричневого цвета, — говорит Александр. — Все квартиры, в которых я видел его, были не самыми богатыми. Одна — коммуналка, вторая малюсенькая однушка. До сих пор помню, как этот пол скрипел. Пройти тихо практически нереально.
— Помню, как у родственников в однушке было очень мало места, но в семье были и дети разного возраста, и взрослые: спальных мест не хватало, — вспоминает Мария. — И тогда небольшую однушку превратили в двушку, просто разделив ее огромным шкафом. Дизайнеры сейчас бы позавидовали такому зонированию! Во-первых, этот шкаф сам занимал кучу места, а во-вторых, если в основной комнате, это выглядело нормально (она просто стала еще меньше), то вот эта отделенная «спальня» — это была просто конура за шкафом, там помещалась только кровать, а ночующие на ней любовались на заднюю стенку шкафа из фанеры. Но, кстати, детям нравилось. Это была такая укромная комнатка, почти как дом из подушек и покрывал.