Два с половиной года Виталий Ковега из Могилева работал в Египте на строительстве первой в стране атомной электростанции. О том, каково это – трудиться там, где белорусы обычно отдыхают, – он рассказал журналисту MYFIN.
Сейчас Виталию 32 года. После окончания Белорусско-российского университета он по распределению поработал на Белорусской АЭС, потом на минской стройке. В начале 2022-го устроился инженером в белорусский филиал российской компании «НИКИМТ-Атомстрой», а спустя полгода руководство предложило поработать в Египте.
Собрав в Могилеве все необходимые документы, Виталий с двумя коллегами уехал на строительство АЭС в Курчатов на 5 недель, пока длилась спецпроверка для кандидатов на работу в Египет.
– Из Минска до Каира летели с пересадкой в Москве. Прилетали маленькой компанией, поэтому за нами отправили легковую машину. Сейчас организация уже снимает чартер, раз в две недели летают сто-двести человек в аэропорт в часе езды от городка.
До Мадины, где находился городок строителей, ехали 5 часов.
Авиабилеты нам оплачивали: два раза в год компенсировали перелет туда и обратно.
Бесплатно предоставлялось жилье и трехразовое питание в рабочие дни. Платить самим нужно было только за электричество и за воду. Сумма за полгода за воду составляла в переводе на белорусские 13 BYN, это на всех жильцов. В месяц за электричество платили в районе 43 BYN.
Поселили троих белорусов в квартире с тремя спальнями. В квартире было все новое, даже посуда и кухонная утварь. Готовить себе самостоятельно приходилось только по выходным. По ощущениям Виталия, квартира изначально строилась для семьи с детьми, потому что комнаты были разного размера – в самой маленькой помещалась только кровать, столик и шкаф.
– Рабочий день длился с 8:00 до 17:00. Обед с 12:00 до 13:00.
На обед нам привозили суп, говядину или курицу с гарниром, какие-нибудь овощи и фрукты.
Утром к завтраку часто была булочка или круассан. За 2,5 года мне эта еда не надоела, тем более несколько раз менялась компания, у которой заказывали питание. Еду привозили прямо в контейнерах и оставляли у коменданта; каждый приходил и под роспись забирал свой набор. Завтрак можно было забрать с 5:00 до 7:00, обед с 12:00 до 14:00, ужин с 18:00 до 20:00.
При организации был медпункт и врачи, при необходимости заболевшего сразу доставляли в ближайшую больницу. Виталию медицинскими услугами воспользоваться не довелось, так как ни разу не болел. Но некоторые его коллеги лечили зубы – это было бесплатно.
Атомная электростанция строится в пустыне, рядом – город Эль-Дабаа на 15 тысяч населения. До работы возил автобус, от строительного городка ехали 15 минут.
– Мы жили в той области, где земля изначально принадлежала бедуинам. Местные протестовали против строительства атомки, поэтому повсюду работников охраняет армия.
– Законы строгие. Поначалу девушки ездили на пляж в купальниках, местные высказывали недовольство. Ведь девушки-египтянки купаются в купальниках, где тело закрыто абсолютно полностью.
На море я ездил раз в неделю.
Пляж платный, Виталий отдавал по 200 фунтов, это 14 BYN. В стоимость входит шезлонг, стульчик, зонтик. На территории есть кафе, можно что-то купить перекусить.
Море с оборудованным пляжем (а купание разрешено только на оборудованных) находилось в получасе езды от городка, ездили на такси. По правилам, если хотели уехать за территорию городка, нужно было писать служебную записку и согласовывать поездку со службой безопасности. Это касалось всех поездок, в том числе и на море. Без согласования можно было ездить только в магазин.
По выходным автобус возил закупаться в магазин. Виталий ездил раз в одну-две недели.
– Снеки, например чипсы Lay's, стоили раза в четыре ниже, чем у нас. Та же ситуация с шоколадками. Я обычно покупал рыбу, орехи, фрукты, шоколад. Цены назову в переводе на белорусские. Килограмм креветок – 30 BYN, лосось – 45 BYN. Фрукты были не очень хорошего качества, но в два раза дешевле, чем у нас. За один поход в магазин отдавал примерно 100 BYN.
Периодически могилевчанин ездил за покупками на рынок в Эль-Дабаа. Цены, отмечает он, продавцы берут из головы, ценников нигде нет.
– Покупал каждый раз бананы у одного и того же человека. Первый раз на 20 фунтов, это наши полтора рубля, он положил несколько связок бананов на 16 штук. В следующий раз я дал уже 10 фунтов – получил в два раза меньше. На третий раз на ту же сумму почему-то получилось всего лишь три банана.
Изначально, рассказывает Виталий, на строительстве АЭС работало 2 000 человек, сейчас уже 12 тысяч. Из них 3 000 славян и казахов, остальные египтяне. Домов в городке теперь не хватает, поэтому работников расселяют в туристические локации, снимают квартиры в отельных объектах. Кому-то везет жить прямо на берегу моря рядом с работой, а кому-то нужно добираться до работы автобусом 40-50 минут.
На начальном этапе зарплата могилевчанина была в три раза выше, чем он зарабатывал в Беларуси на той же должности. Потом разница увеличилась еще больше, потому что через год зарплату подняли, еще через год – снова.
– Никаких финансовых целей я себе не ставил, хотелось просто отвлечься и не думать ни о каких бытовых вещах, ведь тебе предоставляют жилье, кормят. Работа не была тяжелой. Сначала устроился инженером по сварке, увольнялся с должности ведущего инженера.
В городке хватало развлечений: тренажерный зал, бассейн, библиотека, мини футбольное поле, позже появились теннисный корт и спортплощадка. Можно было ходить на занятия английским, арабским, вокалом и танцами, устраивали спартакиады.
За время работы Виталий съездил в Александрию и Каир, путешествовал на Синайский полуостров. По его словам, изначально думал проработать два года, но задержался немножко дольше. Существенным минусом жизни в Египте он называет однообразие. Вернется ли еще на туда на работу, еще не решил. Пока в планах – найти работу на родине.