«Как я к себе отношусь? Я просто обожаю свое тело!» — без лишней скромности говорит Алессия (полное имя — Алессандра). Созваниваемся по Zoom, потому что уже три года плюс-сайз модель строит карьеру в Китае, в мегаполисе Гуанчжоу. На белоруске полуоткрытый топ, который выгодно подчеркивает ее грудь. Яркий макияж и улыбка дополняют образ очень уверенной в себе девушки. Когда-то она носила одежду S, но модельным агентствам была не нужна. Незаметно набрав килограммы, девушка сделала рывок в модельном мире. Изнанка бизнеса и другой взгляд на красоту — в материале Onliner.
О своих параметрах Алессия заявляет легко и непринужденно: рост — 172 сантиметра, вес — 80 килограммов, бедра — 111 сантиметров. Нестандарт? Для большинства модельных агентств — да, но на классическую карьеру девушка больше не претендует.
Алессия не всегда жила в размере «плюс-сайз»: в студенчестве она легко помещалась в одежду размера 40—42 (европейские XS и S). Как и положено стройной и симпатичной студентке, участвовала в конкурсе «Мисс БНТУ», ходила на кастинги «Мисс Беларусь», устраивала фотосессии.
Иногда белоруска подрабатывала на мероприятиях «красивой девочкой», но полноценный модельный мир для нее был закрыт.
— В модельные агентства меня долгое время не брали, потому что я всегда была немного «не такая»: слишком низкая, слишком полная — в общем, неподходящая. Там очень строгий отбор: рост должен быть выше 175 сантиметров, бедра — желательно до 90 сантиметров. А я всегда была девушкой средних размеров, не полной и не худой. В моем обычном состоянии бедра были 92—93 сантиметра — для модельных агентств это слишком много. Мне говорили: ты полная, ты нам не подходишь.
— Но почему такое внимание к бедрам? А как же грудь/талия?
— Понятия не имею, — улыбается девушка. — Грудь так пристально не замеряют: у кого-то она есть, у кого-то нет. Талии тоже может не быть: есть девочки более «прямые», а есть более женственные. Почему-то самый важный фактор — это бедра. Все, кто работает в этом бизнесе, могут навскидку определить, какой у тебя обхват бедер. Могут взглянуть и сказать: «Ты поправилась на 2 сантиметра!» Не представляю, как они это делают. Для меня сейчас 2 сантиметра — это ничто!
Когда на кастингах уделяют столько внимания каждому сантиметру, сложно сохранять бодипозитив. Алессия пыталась худеть — и, как это часто бывает, пошла по экстремальному пути: буквально за месяц сбросила около 10 килограммов, добившись обхвата бедер в 89 сантиметров. Вместе с килограммами ушли месячные — и это заставило бить тревогу.
Алессия в весе 50 килограммов, 2015 год
— Каждый день я чуть ли не по три часа бегала на тренажере, питалась яблоками, гречкой без масла, сухой курицей — тут все стандартно. Похудела так быстро, что даже мама родная перестала узнавать меня на улице! Весила 50 килограммов и все равно смотрела на себя в зеркале и видела жи-и-ир! Долго я этот вес, конечно, не удержала, потому что он для меня слишком низкий. И даже с экстремально худой попкой агентствам я была не нужна.
Историю с похудением Алессия рассказывает без лишнего трагизма (как это часто бывает, когда мы слышим про анорексию). В ее случае все прошло относительно легко. Белоруска сходила к врачу и поняла, что ей нужно срочно поправиться хотя бы на несколько килограммов. Девушка перестала морить себя голодом и уже через три месяца вернула месячный цикл.
— И на данный момент мы имеем то, что имеем. Вовремя не успела остановиться, — иронизирует над собой Алессия.
К плюс-сайзу белоруска шла постепенно — через стеснение и непринятие себя. Особенно запомнилась девушке одна неудачная фотосессия. На тот момент Алессия только-только вернула месячные и «растолстела» в бедрах до 93 сантиметров.
— Это была съемка на TFP-условиях — популярная схема в моделинге, когда никто никому не платит. Фотограф тратит свое время, чтобы потренироваться работать с определенным светом, в новой локации, а ты получаешь снимки. На той съемке я, как обычно, позировала, а мне внезапно говорят: «Я плюс-сайз снимать не привык, не знаю, как это делается». Я в ужасе думаю: «Неужели я плюс-сайз?» Прошло много лет, а тот фотограф до сих пор не отдал мне снимки. Видимо, настолько неприятно ему было со мной работать.
Со временем пришлось признать: карьера стандартной модели девушке не светит. Но и до реального плюс-сайза было еще далеко. Без расчета на какой-либо успех Алессия продолжала участвовать в бесплатных съемках и выкладывала их в Instagram. А параллельно училась и получила диплом инженера.
Как источник стресса, весы были отложены в дальний угол — их девушка боялась как огня. Килограммы тут же почувствовали свободу и стали приклеиваться один за одним без зазрения совести.
— Я думаю, что это последствия того экстремального похудения. Я по-прежнему ходила на спорт, чуть ли не по два раза в день, но ограничивать себя во всем уже не могла. Пила кофе, ела булочки, то есть жила обычной жизнью, но с регулярными тренировками. Думаю, благодаря этому я не превратилась во что-то бесформенное и безобразное, а получила более-менее спортивное тело.
Лет пять-шесть назад начался бум популярности плюс-сайза в модельном бизнесе. Алессию стали приглашать на разовые съемки с местными брендами, а потом украинское модельное агентство предложило поехать по контракту в Стамбул.
— По меркам плюс-сайза я еще была тогда «маленькой». По-хорошему бедра должны быть 110—120 сантиметров, а у меня в обхвате было около 106. В Турции мне постоянно повторяли: «Ты слишком худая, тебе надо набрать».
Представляете: до этого полжизни говорили, что ты слишком толстая, а тут все в точности до наоборот.
Алессия была уверена, что история с плюс-сайзом временная, поэтому в общении с клиентами одобрительно кивала, а сама не теряла надежды все-таки похудеть. Принять ситуацию долго не получалось.
— Если честно, я очень переживала. Я думала: вот сейчас вернусь домой — и ка-а-ак похудею. Я же смогла раньше, дайте мне месяц, и я вернусь к вам снова уже как стандартная модель! А меня там, наоборот, пытались пичкать халвой, пахлавой, лишь бы добавить пару сантиметров в бедрах.
Из-за недостаточных форм в Стамбуле девушка в итоге ничего не заработала: за три месяца выполнила всего 11 работ — это ничтожно мало. Тут сделаем небольшое отступление и расскажем, как в принципе устроена система оплаты в модельном бизнесе.
Приглашая девушку поработать по контракту, агентство оплачивает перелет / проживание / тестовые снимки / аренду авто и прочие расходы. Это, конечно, не благотворительность. Предполагается, что модель вернет деньги за счет своих будущих работ.
— С каждой такой «работы» ты делишься доходом 50 на 50 с принимающей стороной. В моем случае это было агентство в Стамбуле. Оно забирает себе 40% и 10% отдает материнскому агентству, которое меня нашло (это было агентство из Украины). Из заработанных денег я должна была покрыть свой «минус», то есть расходы. И только после этого ты начинаешь зарабатывать себе в плюс.
Самое неприятное в модельном бизнесе — то, что агентства не пытаются экономить на билетах, а цена апартаментов редко соответствует качеству, рассказывает белоруска.
— Многие думают, что модели живут в шикарных местах, ездят все такие красивые на съемки. На самом деле ты обычный рабочий, который приезжает на заработки и снимает себе койко-место. Часто мы спим на двухъярусных кроватях, как в самом дешевом хостеле, при этом платим как за обычное жилье. В Стамбуле меня поселили в квартиру с пятью комнатами, в каждой из которых жили по два-четыре человека. Готовить там было невозможно, потому что кухня всего одна, и там вечно грязно. И ты платишь за такое койко-место условно $400 в месяц, еще $500 стоит перелет, еще $300 тебе насчитают за машину, которая возит тебя на кастинги, и так далее. В конечном счете набегает очень приличная сумма.
Так выглядели апартаменты в Стамбуле
Если девушка оказалась невостребованной и даже не отработала свой «минус», модельное агентство берет расходы на себя. Вот почему отбору моделей уделяется большое внимание.
После первого опыта работы за рубежом Алессия вернулась в Минск и жила за счет разовых подработок. Вся модельная карьера могла на этом закончиться, если бы в Китае не началась пандемия.
— У популярных российских и украинских плюс-сайз-моделей появились сложности с открытием виз в Китай, а у белорусок таких проблем не было. Я не была какой-то супер-пупер-моделью, которую бы все хотели пригласить на работу. Но тогда был такой период, что в модельных агентствах готовы были брать чуть ли не всех подряд. И я попала в первую волну.
— А вы не боялись лететь в Китай в разгар эпидемии?
— Нет, я сама по себе авантюристка! Год никуда не выезжала, и тут мне предлагают контракт. Пандемия, новый вирус неизученный? Отлично, мы летим! И я до сих пор считаю, что это большая удача, что тогда выбрали меня. Оказалась в нужном месте в нужное время.
Отсидев в Гуанчжоу двухнедельный карантин, белоруска приступила к работе, которой оказалось очень много.
— У меня был контракт на три месяца, и все это время я работала без выходных! Даже в день рождения мне поставили работу, хотя я просила в тот день отдохнуть, — с улыбкой вспоминает Алессия. — Это были очень напряженные три месяца, зато я довольно быстро отработала свой «минус». За вычетом всех расходов на руках у меня оставалось еще $25—30 тыс. Это был невероятный успех по сравнению со Стамбулом.
Оплата в Китае почасовая, и рабочий день у модели может длиться 14—20 часов — сколько понадобится клиенту. Выдерживать такой ритм могут не все.
— Физически это очень тяжелая работа. Утро всегда начинается с визажиста — макияж делают час или два. Тебе могут сбрить брови, выщипать ресницы, накрасить лицо грязной кисточкой, из-за чего у моделей часто бывают жесткие акне. Дальше ты целый день без конца переодеваешь одежду и позируешь в красивых позах, пытаясь не показать признаков усталости. Иначе фотограф может пожаловаться: им не нравится, когда модель выглядит недостаточно свежей и отдохнувшей.
Сложнее всего сниматься на улице, когда стоит жара. Представьте: на улице +36, а ты должен натянуть на мокрое тело очередные джинсы, которые часто бывают тебе малы. Пока фотограф отдыхает, ты снова и снова переодеваешься, потеешь и работаешь. Ходят слухи, что у некоторых девочек на съемках даже останавливалось сердце.
— От такого графика можно легко похудеть!
— В плюс-сайз-моделинге нельзя худеть, нужно поправляться. Еще они любят говорить: «Хочу, чтобы ты набрала только в этом месте, а в других — не надо», — удивляется девушка. — По моему опыту, в основном модели от напряженного графика все-таки полнеют, потому что ты плохо спишь и пытаешься добрать энергию из еды. И часто у тебя нет возможности выбирать меню, ты просто ешь то, что предлагают.
В Китае за три года я еще больше поправилась — теперь у меня бедра 111—112 сантиметров. Это уже полноценный плюс-сайз, и такая фигура востребованна.
На контракте от модельного агентства Алессия отработала три первых месяца, а потом решила искать клиентов самостоятельно. Друзья и знакомые помогли с жильем, пока девушка искала подходящую съемную квартиру, а также «пропушили» Алессию среди брендов — разослали серию фотографий. Теперь белоруска работает как фриланс-модель.
— Сейчас, конечно, уже нет тех заработков, как в первый год пандемии. Приехали новые модели, вернулась конкуренция, прайсы опускаются. Но в целом доходом я по-прежнему довольна. В среднем модель может заработать около $1000 за день съемок, а сколько таких дней будет, зависит только от тебя. Может быть три съемки в месяц, а может и тридцать. При этом жизнь в Китае довольно дорогая. Налоги, виза, жилье, такси — на все это я трачу около $3—4 тыс. в месяц.
Зарплата белоруски позволяет покрыть все эти расходы и жить комфортной жизнью в Китае — не шиковать, не бедствовать, какую-то часть денег отправлять родителям и откладывать деньги.
Алессия рассказала, что за три года работы моделью смогла накопить на квартиру — не в Китае, а поближе (но где именно — это тайна). То есть провести всю жизнь в Гуанчжоу девушка не намерена.
Первые полгода-год в Китае Алессия все еще переживала по поводу своего веса, а потом расслабилась и отпустила ситуацию.
— Я сейчас очень люблю свое тело, прям о-о-очень! И мне кажется, что это стало заметно всем вокруг. Я как будто посмотрела на себя со стороны: а ведь я, вообще-то, классная! Красивая, яркая, хорошо получаюсь на фотках, занимаюсь спортом, работаю, путешествую! У меня все отлично! Сложно представить, что когда-то я осуждала людей за то, что они берут в магазине сладкий йогурт или едят бананы на ночь. Даже неловко про это вспоминать, — говорит белоруска.
Сейчас Алессия ни в чем себя не ограничивает, и это лучший бонус работы в плюс-сайзе. Стандартным моделям остается только завидовать.
— Какое-то время я работала с диетологом, и мы составили для меня рацион, чтобы я не худела и не поправлялось, а просто полноценно питалась и вела ЗОЖ. Это вполне комфортный режим, я не могу сказать, что в чем-то себе отказываю. Могу легко заказать китайскую еду, которая очень жирная, или взять десерт — в общем, это обычное питание.
Теперь Алессии немного жаль девушек, которые вынуждены ограничиваться листьями салата, чтобы оставаться в модельном бизнесе. Другое дело, если это худоба природная — так тоже бывает.
— У меня есть хорошая подруга — стандартная модель, высокая и суперхудая. Мы с ней часто ездим отдыхать вместе, ходим в одни и те же рестораны и заказываем плюс-минус одну еду. И вот мы едим совершенно одинаково, но такие с ней разные! Папа шутит, что мы вдвоем покрываем все зоны, где есть мужчины! У меня бедра 111 сантиметров, а у нее 90. При этом она питается полноценно. Мне для таких параметров пришлось бы заниматься самоистязанием.
Если говорить о внимании мужчин, то его стало определенно больше именно в последние годы. Но модель не связывает это с количеством килограммов. Видимо, изменился тот вайб, который исходит от девушки.
— Я была в разных размерах, и в среднем тоже. Но внимания стало больше именно сейчас. Связываю это с общительностью, умением подать себя, пофлиртовать в нужный момент, преподнести себя. Как ты можешь быть расслабленной на свиданиях с мужчинами, если отказываешь себе во втором яблоке? Сейчас я совершенно иначе отношусь к себе, считаю, что достойна самого лучшего. Но это не значит, что я обязана нравиться всем. Точно знаю, что не попадаю в типаж китайцев, потому что они любят высоких и стройных. А вот для иностранцев здесь я чаще всего красотка, — убеждена белоруска.